Не буди девочку! До утра…

-И не чешись здесь!

Весь оставшийся день Беспоповцевы довольствуются обществом друг друга. Правда, к вечеру тучи взаимного недовольства рассеиваются. По крайней мере, так это выглядело внешне. Ужинать сели втроем. И понеслось:

– Ты должна соблюдать режим. Я не могу по нескольку раз на дню подогревать тебе еду.

Засоня, не дослушав, выходит из-за стола и отправляется на прогулку.

Перво-наперво- монастырская стена, где трудится поповский гость. Некоторое время она наблюдает за строителями, но потом реашет, что мозолить ему глаза всё-таки не «камильфо» и идёт на крутояр.

Отсюда открывается вид, достойный кисти Левитана. И прежде всего остров Чайка, чьи контуры напоминают птицу в полёте.

На берег прикатывает на великах ребятня, прихватившая с собой пластиковую водопроводную трубу.

– Бу-у-у! –вибрирует в ней речной воздух, когда самый рослый из пацанов дует в неё.

– Глянь-ка, инопланетянин!– тычет в сторону Алькиного шлема спутник «трубача» и покатывается со смеху:-Эй, пришелец, ты с какой планеты? -Девушка делает вид, что не слышит.

Место над обрывом облюбовано не только по причине его живописности. Здесь можно медитировать на объект влюблённости, то есть мысленно просить явиться на свидание. Но то ли телепатические способности недостаточно развиты, то ли МЧ стоек, только Алино уединение он не нарушает.

На берегу появляется панама-мухомор. Она разводит в стороны руки и начинает кружиться. Юбка надувается колоколом, ступни, одетые в вылинявшие кеды, движутся всё проворнее.

Но Але уже известно: концы кед непременно зацепятся-и танцовщица рухнет, как подкошенная. Не дожидаясь финала, « московка» движется дальше. В ушах, как морских раковинах, вздыхает ветер. Заворожённая этой музыкой, она движется до тех пор, пока её внимание не привлекает что-то серое. Камень? Нет, над ним потрудилась не природа, а человек. Это памятник. Время было к нему безжалостно. Но ещё можно прочесть: « Спи, девочка,…до… утра!»

Аля вглядывается в грязновато-бурую фотографию. Лица почти не осталось.

Но угадываются лоб, подбородок. Вместо глаз-тёмные провалы. И всё-таки…Это она… Аля.

«Смотри страху в лицо!» -учил её отец. Но девушка наставлению не следует и бросается прочь.

ШОКОВАЯ ТЕРАПИЯ ИЛИ…?

– Могила? Ты ничего не путаешь?

– Но я видела собственными глазами: «Спи, девочка, до какого-то …утра!»

– Трогательно.

– Она похожа на меня!

– Это у тебя воображение разыгралось,–предполагает Светлана-Соломия.-Ты забыла свой шлем в избе.