Зеркальный детектив. 29 рассказов от авторов мастер-курса Антона Чижа

Прижавшись лбом к шершавой прохладной земле, я замерла.

* * *

Когда кружение остановилось, подступила рвота. Взбунтовавшийся организм не выдержал пляски и теперь мстительно выворачивал наружу содержимое желудка. Меня рвало прямо на белый пол; кусочки непереваренной пищи некрасиво растекались по поверхности. Успокоившись, я посмотрела на Жреца, который молчаливо стоял напротив. Его чёрное одеяние в абсолютно белой комнате, в которой мы находились, казалось неестественным, карикатурным, вызывая внутри непонятную тревогу.

Стряхнув с рукава лишь ему видимые пылинки, Жрец подошёл ко мне и протянул платок.

– Где мы? – вытерев лицо и поморщившись от отвратительного привкуса во рту, спросила я.

– В моём мире.

– Что произошло? Там, на дороге?

– Твоя просьба выполнена, твоей семье больше ничего не угрожает.

– А йй-я? Почему йй-я здесь? – При любом волнении буква «я» у меня всегда превращалась во что-то нелепое.

– Потому что ты отдала мне свой день.

– То есть, йй-я здесь только на сегодня? – Что-то было не так, но я не могла понять что.

– Нет, – Жрец помолчал. – Ты отдала мне один любой день.

– Какой день ты забрал?

– День, когда ты была зачата.

Меня затошнило снова. Я сделала глубокий вдох и выдох, подавив рвотный позыв.

– То есть меня теперь не существует?

Жрец не ответил. Взяв меня за локоть – сил вырываться не было, я лишь слегка вздрогнула – он вывел меня в длинный коридор и провёл в другую комнату.

Стены, потолок, кровать, даже картина на стене, включая раму – всё было белым.

Напротив кровати стоял стол – разумеется, тоже белый; на столе аккуратной стопкой лежали блокноты, возле них – идеально заточенные карандаши.

– За дверью слева – ванная; помойся и спи. Завтра договорим. – Жрец без промедления вышел, оставив меня одну.

Я долго стояла под контрастным душем, приходя в себя. Отчаяние, гнев, горечь – чувства бродили внутри, множились; но ответа не давали. Присев на скользкий кафель, я зарыдала. Вода легко и безропотно смывала слёзы, пока я корчилась от жалости к себе.

Когда плач перешёл в нервный истерический смех, я решила, что хватит ныть. Жрец не сможет удержать меня в своём мире! Сбегу, сбегу сегодня же. Сейчас!

Белоснежная, идеально заправленная кровать с мягкими подушками пахла свежестью и манила в свои объятья. Я устало вздохнула и, брезгливо морщась, натянула обратно грязные шорты с рубашкой.

В тёмном коридоре царила тишина. Двери в другие комнаты были закрыты и выглядели одинаково.