Зеркальный детектив. 29 рассказов от авторов мастер-курса Антона Чижа

Некротические поля и изломы иногда настолько мощные, что проще всё снести и отстроить заново. Усадьбу Белозерских выкупил состоятельный заказчик. В подземной части дома мы планировали разместить винные подвалы. И вдруг – такая находка. Чтобы справиться с энергией смерти, я бы хотела узнать, кто именно умер и почему.

– Да, задача не из лёгких. Двести лет прошло. Мы приехали в Питер, потому что выяснили, что Белозерские в своём имении почти и не жили, абсолютно столичные обитатели. – Михель повертел в руках осколок зеркала.

 – Хотя, вот этот вензель мастера даёт нам зацепку.

– Не только, – Ядвига откинулась в кресле. – По мне, так скорее найденный платок с монограммой.

– Вы находите?

– Да, мало того, я вспомнила, где видела точно такой же.

Кое-что о Михеле Корше

Михаила Ивановича Корша никому бы и в голову не пришло назвать Михелем. Прозвище звучало нежно и никак не вязалось с его высокой, чуть полноватой фигурой и дотошным характером. В далёком детстве Михелем его звала бабушка. Получалось это у неё особенно ласково.

Когда её не стало, Корш начал так обращаться к самому себе. Он возвращался с работы домой, облачался в жилет со множеством карманов и садился за стол в кабинете.

– Ну что, дорогой Михель, приступим? – возиться со старыми механизмами он мог часами. Поломанные музыкальные шкатулки, заводные игрушки и патефоны снова оживали в его руках и радовали слух.

Третьим человеком, называвшим Корша Михелем, была Кира.

С Кирой Усольцевой Михель познакомился, когда она пришла в Румянцевскую библиотеку.

Встреча началась трагически, Корш отказался выдать Кире брошюру по причине её насморка.

– Испортите мне книгу. Даже если перчатки наденете – не дам. Зачихаете всё!

Вернулась Кира через неделю. Выложила перед ним запрос с перечнем документов, справку от аллерголога, медицинскую одноразовую маску и хлопчатобумажные перчатки. Она прищурила глаза, по-птичьи склонив голову набок, словно любуясь чудесной композицией, потом надела перчатки и протянула Михелю руку:

– Кира!

Осторожно пожав тонкие пальчики, Михель неожиданно для себя выдал:

– Михель!

V

«Обрывки снов над пропастью кулис…»

На следующий день договорились увидеться в театральном музее.

Именно там, в экспозиции, Ядвига и видела батистовый платок с монограммой «Е. Б.» Встретила их смотрительница музея и по совместительству старинная подруга Ядвиги Аглая Петровна.

– Елизавета Белозерская? Ну, как же! Экспонатов совсем немного – платок и зонтик.