Третье пришествие. Современная фантастика Болгарии

Стало холодно, Мэр поежился, зубы его застучали, выбивая дробь в ритме модного танца. Чернильница нервно заскреб пером по пергаменту, обругав себя за недостойные помыслы, что теперь не придётся писать еще тридцать приглашений. Сторож стоял, как истукан, но вот шевельнулся, оттаял и повернулся к выходу. Мэр тоже пришел в себя.

– Стой! Куда?

– Он же мой дедушка… – уныло поведал молодой человек.

– А, ну да… Ступай. А по дороге… – Мэр сообразил и махнул рукой. Надо будет послать кого-нибудь другого проверить, подмели ли площадь.

В проем двери просунулась зализанная мордочка Смуфа. Вылитый хорек. Нарукавкин тронулся войти, но наткнулся на свинцовый взгляд дяди и попятился обратно. А до Мэра все еще доходило осознание всех последствий внезапной кончины Манасия. Фестиваль летел в тартарары!

Трагизм ситуации пронял наконец Мэра, и он огрел себя ладонью по лбу, спугнув муху[3 - Надеемся, никто не подумал, что мы забыли о мухе? Заблуждаетесь! Читайте дальше и глядите в оба! – Примеч.

авторов.]. Она всего на миг потеряла ориентацию, чего оказалось достаточным, чтобы угодить в ловчую сеть Ученого Паука…

Из угла прекрасно были слышны слова Мэра, который не сдерживаясь оплакивал свою горькую судьбу. И так как жаловаться было некому, он взахлеб жаловался самому себе:

– И что мне теперь делать? Как провести Фестиваль без штатного Сказочника? Времени в обрез! На созыв конкурса не хватит! Откуда мне теперь взять нового Сказочника? Что я его, из кармана вытащу?! Нет, это просто в голове не укладывается!

– Куда же ему уложиться-то… – пробубнил тайком Чернильница.

Затем вынул из потайного кармана плоскую фляжку и отхлебнул глоток настойки из сладких корешков, не забыв пролить несколько капель на пол, за упокой души.

Отдавая свое внимание фляжке, Чернильница не переставал следить за своим начальником. Он так же, как бабушка Анастасия, приткнувшаяся тихо к стене в уголочке, ожидал от хозяина городка чуда.

Тот просто должен был совершить такое и изгнать злосчастье прочь.

А тем временем в соседней комнате Нарукавкин лихорадочно строчил докладную в Главное Управление Сказок: мол, наш Сказочник помер, Фестиваль сорван, Мэр не предпринимает мер…

Рядом со Смуфом неистово царапал шпорами махагоновый письменный стол почтовый голубь. Это неудивительно – ему объявили одноминутную стартовую готовность, вот он и нервничал.