Мама-смерть приходит навсегда

Он довёл её до калитки, а потом пошёл назад и, притормозив у гигантского камня, врытого прямо по середине дороги. Он закурил, после чего нацарапал на внутренней стороне слово «пупс». Для чего? Чтобы не забыть, что он провожал даму с таким прозвищем или… Или?

Память отказывалась выдать ответ, и Адаев дал себе зарок не злоупотреблять спиртным и вообще начать бегать по утрам. Но поостыв, он решил, что достаточно и пеших прогулок перед сном. И как результат- мадам Адаева была не на шутку встревожена, когда супруг объявил о своём намерении.

Пока они под ручку двигались по аллее местного парка, она бросала на него пытливые взгляды: уж не хочет ли муж сообщить ей об… адюльтере. Меньше всего адаевской супруге хотелось оказаться в курсе подобных дел. Однако к её облегчению, муж и не думал пускаться в покаянные, душеспасительные откровения. И от сердца её отлегло. Что нельзя было сказать о Вилене Владимировиче, которому чудится: на их семью пала мрачная тень господина Альцгеймера. Однако перед самым сном его настигает прозрение: Пупс – это не прозвище сотрудника пресс-центра Сыропятовой, а кукла в руках трупа из Горбатого переулка.

Его накрывает волна раскаяния: он воспользовался Зиночкиной женской слабостью. Некоторое время он отмахивается от покаянных мыслей, и в конце концов Вилену Владимировичу удаётся уговорить свою совесть: такова нынче се ля ви.

ГЛАВА 4

Несмотря на солидный возраст, Бася имела явное преимущество в скорости. Однако добрый нрав не позволял демонстрировать его слишком явно.

Удалившись метров на 15-20, она плюхалась на обочину и дожидалась, когда хозяин «дошкандыбает» до неё. «Шкандыбать»– эту характеристику своей походки он услышал в детстве, и в силу природного простодушия, или, не исключено, внушённого матерью смирения принял её как должное.

Бася трусила вдоль ограды пансионата «Уютный уголок», когда из ворот вышли женщины. Та, что постарше,-костлявая, будто состоящая из одних углов, несла зонт, грозно торчавший из-под мышки, точно ствол оружия.

Другая на голову ниже, плотно сбитая, казалось, целиком ушла в изучение своих короткопалых пухлых ручек.

Словно почувствовав его взгляд, волнистые пряди молодой женщины затрепетали, лилейная короткая шейка дрогнула. Но мужская реакция опередила её – Дмитрий нырнул в подлесок. Бася ринулась за ним.

Ощутив себя в недосягаемости от любопытных взглядов, он замедлил шаг, а откуда-то сверху на его макушку опустилось слово «пупс».