Мама-смерть приходит навсегда

– Полагаю, что при известной квалификации это осуществимо.

Прозрачный файл со свежим номером «Вестей города Мирного» тут же выныривает из моей сумки.

– Мне нужно знать: кто автор текста.

На какое-то мгновение наши руки соприкасаются, но тут же шарахаются в стороны. Бледные пальцы извлекают содержимое, но после некоторого замешательства кладут на место.

– Я должен огорчить тебя, Зиночка, но это журналистский текст. А здесь я -пас!

«Удивительное дело, из его речи исчезли раздражавшие меня причмокивания.

Лекторская практика посодействовала?»

– Это важно. Очень.– Я вкладываю в свой голос максимум проникновенности.

Следует обречённый кивок:

– Хорошо, я попытаюсь…

– Мне нужна информация к завтрашнему дню.

– Но, Зиночка…

– Это вопрос жизни и смерти.

«Господи, вот если бы так я могла разговаривать с Радиком!»

Женичка склоняет голову- то ли из почтения к серьёзности заявления, то ли обдумывая, как поделикатнее отказать.

Мы доходим до развилки: одна дорожка ведёт к корпусу, где находится Женичкина кафедра, другая- на остановку общественного транспорта.

Мы расстаёмся, условившись, что он позвонит мне завтра. Я дохожу до кованых институтских ворот и не могу не оглянуться: мой бывший кавалер идёт, повесив голову. Интересно, что его больше опечалило: встреча с бывшей или перспектива разгребать её проблемы?

Долго кружу по городу, чтобы избавиться от тревоги. В Горбатом так темно, что едва успеваю увернуться от столкновения с " Венерой", точнее, того, что от неё осталось.

Неужели правда, что подлинная каменная баба хранится где-то в подвалах дома Горожанкиной? С Алёны станется! Чего стоит этот фонтан в виде новорожденного. И как это всё связать с пупсом на её руках?

Нет, не буду больше думать об этом! Но если выкинуть из головы это дело, то сразу возникнут непрошенные мысли про "оно". Марго требует моего окончательного ответа. А я каждый раз прошу её дать мне время на размышление.А она всякий раз талдычит: "С этим нельзя тянуть!"

ГЛАВА 7

Доктор Хошабо пытался совладать с томительным колебанием за грудиной.

Оно возникло тогда, когда он узнал о гибели Алёны Горожанкиной. И с тех пор не утихало.

Жена нырнула под одеяло и прижалась к нему, но сделал вид, что погружён в беспробудный сон.

Позже, когда она уснула, он вспомнил, как увидел Томочку в своём кабинете полтора года назад. Среднестатистическая, возрастная, только что собравшая себя по кусочкам после развода. Нет, это был не его типаж.