Неспокойная Верена

И я хочу побыть с тобой.

Джез взял руки девушки в свои, перебирая ее пальцы:

– Прости меня, родная. Я не хотел на тебя давить.

Таю накрыла теплая волна привязанности.

– Мы вернемся к этому разговору, обещаю. Поговорим вечером.

Впрочем, Таисия знала, что этого не произойдет. Уж она постарается.

Быстро позавтракав, молодые люди отправились на работу. В ожидании лифта Джез притянул Таю к себе, зацеловывая в щеку. Та жмурилась, как кошка на весеннем солнышке. Ей хотелось, чтоб лифт не приезжал подольше.

Любовную идиллию разрушила Эльза, соседка Таисии и лучшая подруга ее бабушки. Семидесятилетняя дама бодро забиралась пешком на шестой этаж, держа в руках палки для занятий скандинавской ходьбой. Тая даже позавидовала ее румянцу и нежному цвету лица.

– Доброе утро, молодые люди! – Эльза улыбнулась и помахала рукой.

– Доброе, – процедила Тая.

– Как ваше здоровье, уважаемая?.. – попытался поддержать светскую беседу Андрей.

– Чудесно, а вот на Тасе лица нет. Вы случайно ребеночка не планируете?

Таисия закатила глаза, сжав кулаки.

– Как только запланируем, сообщим вам самой первой, уважаемая соседка, – спокойно ответил Джезарет. – А вот и лифт. Хорошего дня!

– И вам всего самого лучшего, – хихикнула Эльза. – Что-то аура у вас беспокойная, дорогие соседи. Витаминчики попейте, а лучше в церковь сходите.

– Долбанная ведьма! – воскликнула Тая, едва двери лифта захлопнулись.

– Она тебя провоцирует, а ты ведешься, – пожал плечами Джез.

– Это главная сплетница и доносчица. Вот увидишь, уже к вечеру бабушка будет знать, что ты ночевал у меня.

– Да и пусть обсуждают. Тебе же не семнадцать лет. Забудь!

– Ты прав, не семнадцать, – процедила Таисия. – Да и тебе, к счастью, тоже.

К удивлению всех знакомых, непутевый автостопщик Андрей поступил в школу милиции, которую окончил с отличием. Но еще больше шокировало даже не то, что у раздолбая имелось высшее юридическое образование, а то, что вскоре он стал образцовым участковым с самыми высокими показателями в отделе.

При этом Джезарет был так называемым «добрым полицейским». Он терпеливо выслушивал двух повздоривших соседок. Увещевал местных разбушевавшихся алкоголиков, которые избивали своих жен. Вразумлял подростков, куривших наркотические смеси.

Помогал и защищал, насильно творя добро.

За ним закрепилась репутация спасителя женщин от насилия в семье. И тут Джезарет бывал жестким.