Абсурд – дело тонкое

– Всё закончилось почти не начавшись. Что это было, Серёга? – я понял, что чудесам пришёл конец.

Но друг не слышал. Он выбежал на улицу. Отсутствие, впрочем, продлилось буквально секунд десять.

– Ничего розового. Ни-че-го! Как же так?! Я даже с Маринкой не успел. Это несправедливо!

– Жизнь вообще несправедливая штука, друг, – я пододвинулся к чуть не плачущему Сергею и положил руку ему на плечо. – У нас был шанс. Или возможность. Или ещё что, не знаю… Но мы всё профукали.

– Не всё! – внезапно Серёга взбодрился, встал и принял позу памятника Пушкину, каким тот стоит в Петербурге на площади Искусств перед зданием Государственного Русского музея.

Я не понимал, что Серёга хочет этим сказать:

– Поясняй. Я что-то торможу.

– Внимание на джинсы и кроссовки. А? Как тебе?

Только сейчас я обратил внимание, что на Серёге те самые штаны и кроссовки из каталога.

– Ну что, мальчики, наговорились? По домам?

Глаза Серёги полезли на лоб. Он смотрел мне за спину, а я узнал голос.

– Света?

– А кого ты ждал, гуляка-казанова? Ни на секунду оставить нельзя.

Хорошие джинсы, Серёжа. К ним бы ещё куртку, как у меня была. Косуху с заклёпками, – Светка поцеловала меня в губы. – Пойдём?

– Куда? – я наконец-то смог говорить.

– К нам домой.

– К нам?

– А к кому? Я вызвала такси. Имею право забрать супруга в ложе для исполнения супружеского долга, – Светка показала безымянный палец на правой руке. На нём сверкало обручальное кольцо. Именно такое, как я когда-то представлял, что надену ей в день нашей свадьбы.

На моём правом безымянном тоже блестело. Да ладно!

– Ну, пора, значит пора, – Серёга всё быстро понял. Или сопоставил. Розовое оставило каждому из нас то, чего мы хотели больше всего на свете.

Светка понюхала наши с Серёгой стаканы:

– Как вы это пьёте? У нас дома есть односолодовый. Может, к нам, Сергей. Я обещала Марине из магазина вас познакомить. Ещё не поздно, запросто ей позвоню. Набирать?

– Звони! – воодушевлённый Серёга почти танцевал под попсовый мотив, заигравший из скрипучих колонок над барной стойкой.

А утром… А что «утром»? Утром начался новый день. Другой, не похожий на все остальные.

Юлия Бадалян

Бездна смотрит на тебя…

«Если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя» – слышала она в детстве от бабушки. Поучая внучку, бабушка вкладывала в это изречение Ницше несколько иной смысл, чем философ, предупреждавший борцов с чудовищами.