Чужестранцы

Старуха слушала удары своего сердца и терпеливо ждала ответа.

– Это невозможно… – лицо Маруша, не знавшее мимики, впервые выражало печаль, а голос шелестел, как опавшая листва.

Дать ЭТО не сможет никто… Подумай, женщина, может, есть, что-то равноценное ЭТОМУ?

– Равноценного нет. А без НЕГО всё остальное не имеет смысла…

Представитель Вселенского Добра и Света в образе молодого красивого мужчины и старая безобразная смертная старуха, долгие годы служившая злу, стояли напротив друг друга.

Стояли опасно близко для равновесия света и тьмы.

– Если бы ценой осуществления твоего желания было развоплощение моей сущности, я б согласился. Если бы цена была тысячи развоплощенных сущностей моих братьев, мы бы исполнили твоё желание.

Если б Бог мог…

– Я знаю, что попросила невозможное… – ведьма приблизилась вплотную, легким прикосновением руки погладила горб пришельца…

– Тебе пора уходить. Береги крылья. Уже полночь, значит, народ скоро начнёт собираться на мирандинг. Не хочу запятнать себя белыми пятнами… – сделала попытку скаламбурить ведьма.

Уже ступив за порог, Маруш не выдержал и повернулся:

– Я ухожу первый раз, не выполнив порученного… Но! Миринда, хочу, чтоб ты знала, в тот миг, когда закончится твоя земная жизнь… – на этих словах ночной гость запнулся, всего лишь на одно краткое мгновение, такое краткое, что никто бы из смертных и не заметил б этой заминки.

Но Миринда не была «никто», она была Мириндой.

– В День Справедливого Суда я буду на твоей стороне. Знай об этом, женщина…

– Я знаю…

P.

– Тебе удалось разобрать, что она у него просила? – шепотом поинтересовалась одна фигурка у другой.

– С трудом, но я успел подсмотреть в последний момент. Спокойную совесть, – также тихо прозвучал ответ.

– Ух ты! – от избытка эмоций длинный тощий хвост с пушистой кисточкой на конце взлетел, чуть не зацепив собеседника за рога.

– Хитрые светлые… – осуждение и возмущение окрашивали каждое слово, – предлагать человеку, страдающему от мук совести, бессмертие на этом свете – это же то же самое, что предлагаем мы на том…

– Да, брат, конкуренция – жесткая штука, но её душа стоит того, чтоб за нее побороться…

Галина Евдокимова

Чёрный ящик

Торн стоял на ледяном карнизе, повисшем над бездонной расселиной, и смотрел вниз, в узкий провал, заполненный тёмным бархатистым туманом.