Чужестранцы

Хозяева предложили ему кров и еду, а он начал плести им какие-то небылицы о письменах, оставленных праотцами-основателями Атлена в загадочной пещере Нарама, которую он называет Колыбелью. Я немедленно отправил людей к Нарамским Твердыням. Таинственный ковчег с загадочными письменами, о котором говорил пришелец, действительно был обнаружен и немедленно доставлен во дворец ордена. С ним уже работают. При всем уважении, тут не о чем говорить, Ваше Величество.

– Тем не менее, – брезгливо дёрнув губами, перебил Абадайя.

 – Этот бродяга окружил себя какими-то оборванцами и набрался наглости явиться в столицу, чтобы рассказывать какие-то небылицы о праотцах. Наглый выскочка, взявшийся ниоткуда, он успел подмять под себя Акторию, словно охочую до утех шлюху!

– Это просто сумасшедший, Ваше Величество, – возразил магистр, – долгое пребывание в пещере неизбежно порождает иное мышление, ограниченное давящим каменным сводом. Но пребывание в ауре города, так сказать, духовной столицы мира, рано или поздно пробудит в нём абсолютно иные мысли, идеи.

Думаю, его надо накормить, одеть и отпустить. А запугивая простолюдинов показательными казнями, вы рискуете лишиться их любви!

Лицо кесаря вдруг стало гневным.

– Зато вас они обожают! – отрезал он. – Вы обладаете такими познаниями, что акторианцы относятся к вам с суеверным ужасом! Чтение чужих мыслей – самая простая и объяснимая из ваших сверхспособностей. Многие избегают вас, не умея даже понять, что вы говорите и делаете.

Я и сам… трепещу.

Кесарь долгие годы выпытывал у магистра тайны его магии, подсылая шпионов, выдававших себя за адептов учения Спирали, но ни одному из них не удалось убедить магистра в чистоте своих намерений.

Шар-Рум усмехнулся. От этой ухмылки Абадайя пришёл в ярость. Завитая прядь упала на потный лоб.

– Вы так долго создавали касту мудрецов и орден Спирали, – заговорил кесарь так горячо, что на горле набухли жилы. – Вы подчинили себе весь Атлен. Даже я не имею права принимать указы без вашего ведома.

Вы строго следите за соблюдением традиций. Выпытывая тайны у природы, вы боролись со смертью и научились отодвигать её приход, но предотвратить неизбежный конец вам не под силу! А теперь какой-то бродяга смеет обвинять кесаря в жестокосердии, а лордов – в сребролюбии и разврате!

Абадайя почти кричал.

– Послушайте, милорд Шар-Рум, нам ли скрывать правду друг от друга! Не все колонии сохраняют верность Акторианскому двору.