Чужестранцы

С одной стороны, это такой бред – маленький ребенок заявляет, что вся его прошлая жизнь не имеет значения, а он сам его брат, и они вместе должны найти других. С другой же – эти слова звучали так правильно. Что-то внутри потянулось к мальчику, и стало так тепло на душе, словно он долго был в пути и наконец-то спустя годы вернулся домой. Ради этого пришлось умереть и воскреснуть. Новая жизнь – очередной выбор, который ему необходимо сделать.

Ёнгхон сжимает детскую ладошку в своей.

Третьего брата они встретили лишь через полгода в одном портовом городке.

Маум, как его назвал Джаа, едва ли переступил порог двадцатилетия, но уже нажил себе врагов в лице местных авторитетов, которых не устраивал тот факт, что по всему городу работает карманник, не боящийся воровать даже у своих «коллег» – была б возможность. Ёнгхон не мог дождаться личной встречи – больно хотелось узнать, насколько улыбка, которой Маум одаривал каждого встречного, настоящая.

Застать парня одного им удалось спустя два дня наблюдения – будучи вечно в движении, Маум нигде не задерживался надолго, мелькал тут и там, сцеплялся языком с любым мало-мальски знакомым.

Братья же все это время ждали возможности поговорить с ним с глазу на глаз. И она им представилась, когда воришка сам врезался в них, желая проверить содержимое их карманов, которые, к его сожалению, были абсолютно пусты. Он уже хотел извиниться и уйти, когда почувствовал крепкую хватку на правом запястье и маленькую ручку, вцепившуюся в левую ладонь.

– Как хорошо, что ты сам подошел к нам, братец – мы должны многое обсудить, – слегка шепеляво произнес Ёнгхон.

– Думаю, вы меня с кем-то перепутали – я уверен, что не встречал никого из вас раньше, – ярко улыбнувшись, парень попытался выдернуть хотя бы одну руку, но тщетно. «Откуда в ребенке столько силы?»

– Конечно, не встречал, – подключился Джаа, – иначе в разговоре не было б надобности. А теперь нам нужно тихое место, в котором мы сможем обсудить все. У тебя есть такое на примете, старший брат? – что-то подсказывало, что возражения эти ребята принимать не собираются.

В этом доме он живет уже почти десять лет. Когда-то давно он принадлежал старухе, которую весь город считал ведьмой, и после ее смерти никто, включая родственников, не приближался к этому участку, считая его проклятым местом. Кроме одного сироты-оборванца. Когда перед тобой встает выбор: проклятье или зима на улице, то долго думать не нужно.