Чужестранцы

Просто улыбчивого воришку почему-то приводил в восторг этот мрачный и ворчливый парень, а тот, в свою очередь, упорно делал вид, что не сдерживает улыбку, глядя на всегда от чего-то веселое лицо младшего брата.

Джаа был счастлив такими отношениям между братьями, и, хотя большая часть его семьи была далеко, на сердце у него было спокойно.

За пять лет они обошли всю страну и прибыли в столицу – прекрасный город Джабон, бывший когда-то маленьким поселением близь моря Хосу – самого теплого из морей Великого океана.

Джабон удивлял такой знакомой парням бедностью окраин и невиданной роскошью центральных кварталов, которые населяли дворяне, не вошедшие в свиту правящей семьи, особенно отличившиеся воины и зажиточные торговцы. Окраины, по сути занимавшие большую часть города, были ужасны: ветхие халупы, повсюду бегают чумазые дети, а воздух пропитан запахом гнили, отбивающим всякое желание подходить к стоящим тут и там прилавкам с рыбой и скудным набором овощей.

– А я, оказывается, неплохо жил, – пробормотал Маум, оглядывая развернувшуюся перед ним картину: двое детей пытались отобрать изрядно потрепанную рыбину у огромного, но крайне тощего облезлого пса. Парень даже растерялся, не зная, кому идти на помощь – мальчишек (или это девочки?) жалко, но и пес, судя по трясущимся лапам, долго в этой борьбе не продержится.

– Оставь их, – Ёнгхон дернул младшего за руку, – сами разберутся, кто умрет сегодня, а кто – завтра.

– Старший брат так жесток! – с притворным ужасом воскликнул Джаа, заметно вытянувшийся к пятнадцати годам.

– Я был на той стороне почти десять лет – имею право.

Парни двинулись дальше. Некий внутренний магнит тянул их к центральным районам. Голоса младший не слышал с тех пор, как Маум присоединился к ним, осталось лишь обостренное шестое чувство. У старших же начали появляться воспоминания о невероятных силах, которыми они когда-то обладали и которые вновь вернутся, стоит всем братьям вновь собраться вместе.

Вдруг Джаа замер, чем удивил братьев. Проследив за его взглядом, старшие поняли, что он смотрит на две фигуры в темных плащах, стоящие у лавки с какими-то побрякушками. Одна фигура о чем-то разговаривала с женщиной за прилавком, а вторая – на полголовы ниже – увлеченно рассматривала товар. Почувствовав пристальный взгляд, «высокий» замолчал и огляделся.