Город

Но Скрепкин этого не заметил. Он выскочил из машины, подбежал к обочине, упал на колени, уронил голову в траву и распростер руки по сторонам. С минуту он не двигался. Вероника испугалась и не знала, что делать. Но тут Леня поднял голову.

– Земля – наша мать! Не надо забывать этого! – он поднялся, отошёл за куст и помочился…»

К приведенным выше цитатам можно добавить еще и то обстоятельство, что практически все персонажи «Красного Бубна» бесконечно много и часто пьют, матерятся, дерутся и ругаются друг с другом, пишут на заборах всякие нецензурные гадости, совокупляются в самых неожиданных местах с знакомыми и незнакомыми партнерами, а также совершают на каждом шагу множество других аморальных поступков, – словом, ведут себя крайне неподобающе и, что особенно огорчительно – почти ТИПИЧНО для большинства из нас.

Я так даже думаю, что многие прочитавшие роман как раз больше всего и обидятся на авторов за эту столь явную УЗНАВАЕМОСТЬ, увидев себя в выведенных ими образах не такими, какими большинству из нас хотелось бы выглядеть в чужих глазах, а как в правдивом зеркале – со всеми нашими изъянами и уродствами. Однако же именно благодаря столь правдоподобно сотканному реалистическому фону романа оказывается возможным и правдоподобное восприятие его фантастической составляющей, чрезвычайно густо населенной представителями враждебного потустороннего мира. Волей судеб, глухая тамбовская деревня Красный Бубен оказалась центром борьбы сатаны за власть над миром. Стремясь во что бы то ни стало заполучить некий запрятанный в алтаре местной церкви магический предмет, Князь Тьмы и его подручные превращают в вампиров практически всех жителей деревни, формируя из них свое страшное инфернальное воинство. И только несколько человек находят в себе силы противостоять сатанинскому натиску и сохранить свои души для вечной жизни. Собственно, хоть описание физической борьбы с нечистью и занимает в романе почти все его пространство, главное действие происходит все-таки не на деревенских улицах и не на чердаках или в подвалах домов, где герои забивают осиновые колья в грудь своих земляков-вампиров, а – в их собственных душах. «Боль от удара – ерунда перед ужасом вечных мук!» – понимает, сильно ударившись при падении ребрами о землю, старик Абатуров, за которым гонятся оборотни.