Город

После нескольких минут безуспешных попыток ему все же удалось попасть в дом. Шумно дыша и оставляя за собой на полу грязные мокрые следы, он прошлепал прямиком в ванную и включил свет. Из отражения в зеркале на него смотрел какой-то незнакомец – грязный, с взъерошенными волосами и красными широко раскрытыми от всего перенесенного глазами.

Испытывая одновременно и чувство жалости, и чувство отвращения к своей персоне, он сбросил провонявшие болотом вещи прямо на пол и шагнул под душ.

Горячие струи воды приятно прогоняли из напряженных мышц напряжение, влажный пар, поднимающийся в душевой, давал отдохновение уставшему разуму, словно окутывая его мягкой пелериной, заставляя отрешиться от забот и пережитых ужасов.

И лишь одно не давало ему покоя – запах. Этот противно-омерзительный запах сероводорода и гниющей болотной травы никак не могло перекрыть нежное благоухание лавандового мыла. Он продолжал с остервенением и докрасна растирать свое тело мочалкой, но запах все никак не уходил, а, напротив, казалось, становился только сильнее и сильнее.

Слишком увлеченный своим занятием, за шумом работающего душа он не услышал ни легкого скрипа незапертой входной двери, ни влажных шлепков босых ног по полу, не увидел он также и силуэта, возникшего за мокрой занавеской душевой, он чуял только запах. Но он услышал безжизненный и скрежещущий голос, доносившийся из израненного горла.

Ее голос:

– Любимый, не потереть ли тебе спинку?

Александр Буйницкий

Дедушка и бабушка

Николай Андреевич на кухне.

Он подходит к тумбочке, открывает ее медленным угловатым движением руки. Берет банку с медом.

– Как у нас с погодой? – говорит дедушка.

Пальцы, покореженные артритом, открывают пластмассовую крышку и погружаются в тугую массу. Затем они взлетают вверх ко рту старика. Указательный и средний пальцы поочередно касаются губ Николая Андреевича.

Дедушка с минуту стоит перед тумбочкой, втирая липовый мед в трещины в уголках рта.

– Ты слышишь меня? – говорит он и поворачивается к выходу из кухни.

– Что ты там хочешь? – раздается недовольный голос Марии Владимировны.

– Я спрашиваю, какая там погода?

Николай Андреевич подходит к раковине, смывает остатки меда с руки.

– Снег выпал.

– Вот и я о том же. Где такое видано, чтобы снег выпал 11 мая?

Дедушка идет в спальню. Он говорит:

– Губы совсем потрескались.

– Знаю я.

– Знаю, не знаю… Толку от этого мало! Пора что-то делать.

Бабушка недовольно сжимает губы.