Город спит, просыпается магия

Иногда Марк даже думал, что её не было, что он её придумал.

В октябре прошли осенние мелкие дожди, стало холодно. Машина отца сломалась раз, потом ещё раз. Мама работала в музыкальной школе, но платили ей совсем мало. В один из вечеров родители ссорились, а Марк опять слушал их через стенку. Мамин голос всё так же ровно гудел и огибал отцовы слова, но потом вдруг взвился, задрожал, захлебнулся. В стену, через которую Марк слушал, что-то ударилось.

После этого отец два дня не приходил домой.

В те холодные дни казалось, что весны никогда не будет.

Но она всё-таки пришла. В начале марта отец принёс матери цветы, потом в воздухе запахло свежими огурцами, по реке пошёл лёд. Когда зацвели сады, отца позвали назад в институт, правда не завкафедрой, а простым преподавателем на полставки. В мае Марк закончил седьмой класс, и все оценки у него были хорошие, даже физкультура.

* * *

И вот в начале лета дромлуме снова показались на пустыре. Только на третий день Марк решился прийти туда. С тревогой он высматривал среди людей Аделю с чёрной повязкой на глазах.

Но её в лагере вообще не было.

Получка

Никита Дубровин

Автобус опаздывал уже на восемь минут, и это было плохо. Фактически это означало, что он уже не придёт, и скопившиеся на остановке пассажиры будут вынуждены ждать следующего, а потом пытаться упихнуться, как кильки в банку, в его прогретое летним солнцем и несколькими десятками тел нутро.

Аксель потрогал щёку пальцами левой руки и втиснулся поглубже в прохладу тени.

Кирпичная ограда завода была высокой, но солнце неумолимо ползло по бледному городскому небу, и пятачок спасительной тьмы становился всё уже и уже.

Было бы не так жарко, можно было бы дойти и пешком, подумал Аксель. Каких-то три километра, не такое уж большое расстояние. Зимой, когда удалось устроиться на фабрику по производству роялей, он каждый день ходил на работу и обратно пешком – а расстояние было почти в два раза больше. Большинство людей, конечно же, сказали бы – и были правы – что им жаль тратить время на такие ежедневные прогулки.

Но не для Акселя. Он против прогулок ничего не имел, и времени ему было не жалко. Если бы только не жара…

Аксель с тоской вспомнил работу на фабрике роялей. Платили там неплохо и относились, в общем-то, тоже сравнительно по-человечески, если только можно так сказать. Таких, как он, частенько нанимали в лакокрасочные цеха – можно было изрядно сэкономить на системе вентиляции.