Коробка Кошмаров

Зато брат мой дико кричал обожжёнными ртом и зубами, и страх, с тех пор, единственное доступное ему чувство, которое он по-настоящему переживает. Когда загорелся наш общий дом, Андрей, не смотря на обожжённый рот, спешно догрызал останки матери, а спокойная и невозмутимая повитуха перерезала серебряными ножницами мою пуповину, вынесла меня из огня и на пороге горящего дома нарекла Серафимом.

Всегда, говорил проповедник, брат его сеял непоправимое и злое. Всегда, ему, проповеднику, приходилось идти следом за Андреем и исправлять содеянное.

И никогда не было полной победы ни у одного брата и ни другого. И решил Серафим, что должен он накопить божью благодать; уединился и проводил дни в молитвах и святости. Но и брат его накапливал в себе силы зла, губя живых и окружая себя нетопырями. А понял проповедник, что пора выйти из своего укрытия, когда достигла его ушей история несчастной Катерины, которую он некогда любил нежной и светлой любовью.

Казалось, Катерина отвечала взаимностью, но Андрей манил её и без колебаний она ушла за ним. Ушла, искренне веря, что спасёт его. Но обернулась к ней её любовь холодным оскалом любимого человека, превратила её саму в кровопийцу. Да, говорил проповедник, человек склонен обманываться. И, чем светлее чувства, чем выше представления, тем чернее обман и больнее предательство, тем глубже пропасть от осознания, что ничего не помогает. Да, человек склонен превращаться в монстра, это не ново.

Тут проповедник сделал паузу и указал рукой в сторону некогда светлой рощи. Там, воскликнул он, там, сидят они, один рождённый кровопийцей, вторая ставшая кровопийцей по доброй воле! И я пойду туда и там всё решится!

Угрюмо смотрел народ на просветлённого святого; и внимая его речам, люди снова глухо зароптали, ибо боялись, что их руками захочет проповедник решить свой семейный вопрос. Не зови нас с собой, сказали ему люди; видели мы, к чему приводит любовь и как бессильно самое светлое чувство; испили мы всем народом отчаяние, когда не только в домах стало пусто, но и на кладбище стало некого снести, потому что не остаётся от несчастных и праха.

Светло улыбнулся проповедник, и успокоился народ, взирая на исходящее от него ослепительное сияние.

Не стоит бояться вам, сказал он, защищайте самих себя, это единственное, что вы можете сделать.