Мокрый не боится дождя

Женщина в никабе восседает на лежаке, высоко подняв его спинку.

« Как на троне!» – приходит на ум нашим соотечественникам.

ТЕРРИТОРИЯ ОТЕЛЯ «ПАРАДИЗ»

Главный менеджер без устали сновал по «Парадизу» и успевал всё. Помочь официантам с грязной посудой во время наплыва людей в ресторане, освободить пожилую британскую пару из заточения на балконе, когда они не смогли открыть заклинившую дверь, переселить арабское семейство в номер с видом на море из прежнего с видом на бассейн. И при этом сканировать пространство в поисках женщины, ловко проникшей в его квартиру накануне.

Абдель Яхья принял решение: как бы ни складывалась ситуация с посетительницей, его намерение заниматься русским языком с Ритой остаётся в силе.

…Девичий вскрик вторгается в размеренный гул площадки перед баром. Это Ален в шутку ущипнул юную особу, и она с показной сердитостью обрушивает на него нелестные слова.

– Да-а-а-? – наигранно-изумлённо реагирует аниматор, вкладывая в вопрос столько арабского акцента, сколько может вложить.

Затем он перехватывает твёрдый, как базальт, взгляд главного менеджера и отводит глаза…

Абдель движется к бассейну с подогревом, где поляк не оставляет попыток научить дочку плавать. Европейские отцы уделяют много времени своим девочкам, чего не скажешь о самом Абделе. У него две дочки, и всякий раз приезжая на побывку, он одаривает их сладостями и игрушками, но чтобы вот так с ними возиться… Чего нет– того нет. Вот когда родится сын… Рита говорит, что арабское «сынм» напоминает русское.

И вообще в двух языках много общих корней. Так вот когда у него родится «сынм»… Они назовут его Закария. И он будет похож на отца, как вода на…воду. Вот тогда… Тогда среди родичей и друзей Абдель будет зваться Абу Закария – как отец своего сына Закарии. Он будет отвечать за каждый шаг мальчика, а сыновняя жизнь станет предметом отцовской гордости.

Абдель молил Аллаха о наследнике. И Аллах внял Абделю. Супруга забеременела и по всем признакам носила под сердцем мальчика.

Далеко не красавица, вывезенная им из провинции Асьют, что в трёхстах километров южнее столицы, она соответствовала главному критерию жены: добавляла сахар во всё, что говорила мужу, и убирала соль из мужских речей, адресованных ей.

Тем не менее здесь, в « Парадизе», он мечтает не о кротких, как у верблюдицы, глазах супруги. В его фантазиях – отполированные, как морские камешки, Ритины ноги. При виде их сердце тает, подобно шоколаду в пустыне Сахара.