Мокрый не боится дождя

Начальству приглянулся годный скорее для юга проект с большими окнами. Нет слов, как красиво. Но через окна ветер продувает помещение насквозь.

…Тишину взрывает долгожданный звонок. Люся опрометью мчится в уборную – из-за зябкости её постоянно тянет пописать. В рекреационном зале на её пути вырастает гигантский живот, мягко обтекаемый платьем-балахоном. Люся с трудом избегает столкновения. Учительница на сносях слишком утомлена для озвучивания замечания и ограничивается возмущённым взглядом, после чего скрывается за классной дверью.

Но время упущено… «Серый» продолжает надвигаться, по-петушиному выпятив грудь. У него привычка смаковать матерные слова, перекатывая их во рту, как мокроту. И вид этого почти физиологического акта парализует волю. Вместо того, чтобы прибавить скорости и идти на таран, Люся пятится. И оказывается в углу, рядом со сценой, на которой проходят концерты школьной самодеятельности. Жертва инстинктивно прикрывает лямки форменного фартука: под ними припухающие из месяца в месяц бугорки –объект интереса «Серого». Одна мысль о том, что его покрытые цыпками пятерни будут…

Лопатки утыкаются в холодную стену – тело привычно цепенеет. Короткопалая ладонь по-хозяйски тянется к фартучку. Дань, которую «Серый» собирает с тех, кого некому защитить: ни отца, ни брата. Девочка отводит взгляд – он упирается в грязновато-зелёный угол. Нет сил даже пожалеть о том, что бескрыла, что не может встать на носочки и, оттолкнувшись от пола пятками, взлететь. Над сценой с облезлой краской.

Над головами одноклассников. Над беременной учительницей.

– Су-у-…– пыхтит преследователь. Ругательство врывается в ушные проходы и бешено колотит по барабанным перепонкам. Никто и никогда не называл Люсю так.

А тем временем низ живота настойчиво напоминает о себе. Горячие струи готовы низвергнуться в панталончики. Остаётся зажмуриться, чтобы… Но именно в этой чёрной дыре, вызванной к жизни конвульсивным смежением век, и случилась перемена. Волна гнева. В нём – источник мужества.

Да, ты отдираешь потную ладошку от « бугорка». А затем в растопырку выбрасываешь вперёд. Эх, не удар, а…точно насекомое отгоняешь. Но спонтанность придаёт движению силу. К тому же ты задеваешь нос. А это чувствительная часть организма «Серого». Оттуда, случается, идёт кровь.

Вот и тогда у сцены она двумя алыми струйками побежала вдоль надгубного желобка. Одновременно внизу Люсиного живота произошёл беззвучный взрыв – едкая жидкость устремилась вниз.