Роботы против фей

Так или иначе, ранние годы мы провели вместе, но с течением времени выяснилось, что мы очень разные. Я предпочла жить за пределами Двора и по большей части путешествую там и сям. Иногда меня вызывают сослужить ту или иную службу, и я это делаю в обмен на свободу, которой пользуюсь с удовольствием. Сейчас как раз такой случай. Двор крайне возмущен тем, что смертный держит в плену одну из нас.

Представления Эмили о мире фей, простирающемся за пределами библиотеки, были весьма приблизительными. Кое-что об этом содержалось в книгах, но истории чаще всего противоречили друг другу, а сами феи предпочитали на вопросы отвечать туманно, чем могли вывести из себя самого кроткого из смертных.

– Двор? – переспросила Эмили. – Вроде королевского? Сестра Меллифера – королева?

– Королева? Нет. Скорее, принцесса, – ответила Села. – У нас есть королева, но большую часть времени она спит, вручив бразды правления своим дочерям – кто к чему имеет склонность и способности. Сестра Меллифера говорила, что это скорее совет директоров, а не Двор.

Скучновато, верно? Сестра Меллифера – кто-то вроде, как бы вы сказали, министра культуры. То есть она главная над всеми библиотеками, музеями, концертными залами и прочими подобного рода заведениями. Наш Народ ценит искусства, а потому пост Сестры Меллиферы обеспечивает ей власть и уважение Народа.

– А она злоупотребляет властью. Или ее заставляют делать это, – покачала головой Эмили. – Разве ее не могут на этом посту заменить, пока этот студент все не украл?

Села усмехнулась.

– Это не так просто, – сказала она. – Власть Сестре Меллифере дана самой королевой, и только королева способна лишить ее власти. А у нас нет причин считать, что наша Мать проснется раньше солнцестояния. Пока же власть Сестры Меллиферы, в сфере ее ответственности, абсолютна.

– Ваша система правления небезупречна, – покачала головой Эмили.

– Я и сама всегда так думала.

– А вы тоже принцесса? – спросила Эмили.

– Да, была бы принцессой, если бы от всего не отказалась.

Если ты отказываешься от ответственности, то теряешь и привилегии. Но моя свобода мне дороже всего, что может предложить Двор.

Карета остановилась.

– Мы здесь, – сказала Села.

Дверь открылась, и они оказались на каменистом берегу под серым небом, по которому неслись клубы тумана. Эмили оглянулась, чтобы посмотреть еще раз на экипаж, но тот бесследно исчез. Позади них не было ничего, кроме волн, разбивавшихся об острые прибрежные скалы.