Расколбаска

До тех самых пор я никогда не верил во все сказки, которые рассказывала бабушка о нашем доме. Но той ночью моя жена исчезла. Мы обыскали всю округу и весь дом. Ее не было нигде. Все усилия тщетны. В одной из комнат я увидел открытое зеркало и, убитый горем, ничего не замечая, просто поднял ткань с пола и занавесил его. На полу лежала сережка, одна из тех, которые я когда-то дарил своей жене. Она была серебряная, с маленьким сапфиром в виде капельки. Я поднял ее. Слезы выступили из глаз. И сапфировая капелька была похожа на них.

Воспоминания о счастливых днях проплывали перед глазами.

Я снова услышал издевательский смешок откуда-то спереди. Но там ничего не было. Лишь зеркало, с одного края которого упала ткань. И оттуда на меня смотрело улыбающееся отражение. Но могу поклясться, что никакой улыбки в тот день не было на моем лице и не могло быть. Я плотнее укутал зеркало, сел на кровать и зарыдал.

Той ночью я похоронил ее…

Время тянулось мучительно медленно. Час до рассвета казался вечностью. Вот дом, где я родился.

Здесь прожил всю свою жизнь. Прожил почти десять лет со своей женой. А сейчас ее не стало. Жизнь превратилась в сплошной кошмар.

2

Время шло. Один за другим сменялись дни, неумолимо следуя предписанию естественного хода вещей. Та ночь не покидала мое сознание, наполняя его жуткими картинами. Казалось, что я медленно схожу с ума. Живя словно в тумане и лишь изредка возвращаясь в реальность сквозь безликую пелену, разум мой утонул во мраке.

Дела шли хорошо, и я мог не заботиться о своем финансовом благосостоянии.

А потому передал полномочия управляющему и лишь изредка занимался документацией.

Почти все свое время я не покидал стен дома. Осень была в самом разгаре. Летняя жара отступила, передав эстафету холодной и почти всегда дождливой погоде. И, глядя в окно, я словно видел там отражение своего собственного внутреннего мира, с теми же густыми черными тучами и вечными дождями.

А утром все покрывал непроглядный густой туман. Он окутывал пространство вокруг дома и пытался проскользнуть внутрь, медленно, лениво выискивая приоткрытые двери и окна.

Проникал в комнаты и растворялся бесследно.

Жизнь со временем покидала стены старого дома. Некоторые из прежних слуг ушли. Новые же не могли продержаться и месяца, исчезая бесследно. А вскоре и вовсе перестали приходить.

Тишина и покой стали как нельзя лучше характеризировать это место, наравне с тревогой. Рабочих рук не хватало, а потому все больше комнат запиралось.