Капканы и империи

В докладе отразили, что земля в урочище Моздока, о которой идёт речь, находится в российской стороне Терека, что оба урочища (Моздок и Микень) удобны для поселений, и самое главное – расположение урочища не противоречит заключённому трактату, то есть договору, с турками, словом: строить крепость с церковью и домом для Канчокина позволительно.

– Я не понимаю главного: по какому праву русская царица и турецкий султан делят то, что им не принадлежит? Что левый берег Терека, что правый её берег, протекающие у урочища Моздок, – испокон веков наша земля, – кабардинская, дарованная Всевышним нашим праотцам.

– Уважаемый Кургоко, я с Вами согласен. Здесь вопрос в другом. Всё зависит от мировоззрения правителей. Есть правители, о которых идёт слава на соседние земли к другим народам, и эти народы хотят к нему присоединиться, просятся в подданство, или заключают с ним военно-политический союз. Есть и другие властители, которым своих земель мало. Они грезят о победах, славе, новых землях.

Мысли их и думы заняты тем, как расширить владения. Черкесы – иной народ. Правители у нас иные. Нам чужого не надо. Наши предки мужественно защищали свои земли, не посягая на чужие. В этом разница между правителями окружающих нас империй и черкесскими. Этим я хочу сказать, что соседи не успокоятся, пока черкесские земли не будут поглощены и народ не перейдёт под их подданство. Завоевание новых земель – это как аппетит, который приходит во время еды. Ты поел, насытился, но остановиться не можешь, потому что глаза ещё голодны.

– Чем ты можешь нам пригодиться? В чём смысл твоей миссии? – наконец спросил князь.

– Я пришёл просить: после великой победы в Канжальской битве следует отправить послов русскому царю Петру I с прошением включить Кабарду в состав России.

– Ах ты, щенок! Велика для тебя честь называться собакой… В тебе нет капли нашей крови! Ты не адыг! Горе глазам моим, тебя увидевшим! Горе моим ушам, такие речи услышавшим! – Кургоко испепелял меня взглядом, – Ты хочешь сказать, что если враг придет и постучится в твой дом, следует принять его с распростёртыми объятиями? А сражаться ты не станешь?

– Если в мой дом придёт враг и я буду в состоянии защитить свой очаг один, я буду защищать.

Если же десяток врагов, я сделаю так же. Я родился через несколько столетий после величайшей трагедии моего народа. Вы не знаете того, что знаю я! Можете думать обо мне всё, что хотите.