Колыбельная для Волчонка

Но когда? Где?

Едва выйдя из тренажерного зала, подруги поразились резкой перемене погоды, которая произошла за окнами холла. Стало совсем темно: то ли от наступившего вечера, то ли от туч. Ветер гнул деревья и очумело носил в воздухе обрывки газет и какие-то предметы. Подруги опешили. В тренажерном зале были лампы дневного света и совершенно отсутствовали окна, поэтому теперь казалось, будто стихию «включили» внезапно, и вот она хвастливо демонстрирует всю свою мощь.

Неожиданно в холле воцарилась тьма: отключилось электричество.

На предложение Лизаветы переждать непогоду Ирина лишь головой покачала: она боялась за сына.

Расстояние от санатория до малосемейки женщины прошли, вцепившись друг в друга, едва удерживаясь на ногах. Дома было все в порядке. Если не считать того, что дети были возбуждены до предела.

– Мама! Скорее! Сейчас бояться будем! – завопил Антошка и потащил мать к окну.

Там на табурете восседала Полина и подвывала непогоде, усердно надувая щеки.

– За домом карагач повалило, – сообщила тетка.

 – Электричества, наверное, сегодня не будет.

Ужинать сели в темноте, со свечкой. Балкон гремел, как поезд на стыках.

– Могу поспорить – дождя не будет, – заявила Лизавета, обводя всех торжествующим взглядом.

– Ну да?! – недоверчиво протянули Ирина и Полина-старшая.

– Уж можете мне поверить! Я эту погоду местную изучила. Сейчас вот так погремит, пару крыш с частных домов сдернет. Ну, дерево уже повалил. И так, насухую, утихомирится.

– Не верю! – заявила Ирина.

 – Дождь будет!

– Будет, – поддержала тетка.

– Не будет! – повторила за матерью Полина, и все уставились на Антошку, ожидая, на чьей стороне он выступит.

Антошка, приоткрыв рот, глазел на пламя свечи, сонно хлопая ресницами. Заметив, что на него смотрят, он оторвал взгляд от пламени и поднял глаза на мать.

– Мама, а я того дядю в журнале нашел.

– Какого еще дядю? – не поняла Ирина.

– Сережу. С которым мы в песочек играли.

– Это в каком журнале? – встряла Полина-старшая.

 – «За рулем», что ли, который я тебе давала?

Антошка сонно кивнул.

– Какие еще журналы? – непонятно отчего заволновалась Ирина.

– Это Рукавицына журналы старые. Автолюбитель хренов, – пояснила Лизавета, собирая посуду. – Я ему, как путному, журнал, дура, выписывала. Запчасти для машины покупала. Где она теперь, та машина! – Она поставила посуду в раковину и вытерла со стола. – А журналы я Полине отдала. Она картинки вырезает.