Колыбельная для Волчонка

Она буквально заскрипела зубами и тронула за плечо Лизавету:

– Я в туалет.

Ирина вышла на открытую площадку фойе и побрела вдоль перил, подставляя лицо прохладному воздуху. Из зала доносился задорный детский голосок – девочка пела песенку про кикимору.

Вот ведь как: думала, что все прошло, что справилась с собой и уже вполне может владеть ситуацией. Дудки. Все впустую. Сначала она даже «Утреннюю звезду» смотреть не могла. Сразу выключала. А в последнее время – ничего. Однажды заметила, что спокойно чистит картошку, когда по радио дети поют.

К тому же Антошке нравится. «Не раскисать!» – приказала себе Ирина и прошла в бар. Взяла рюмку коньяка, залпом выпила и вернулась в фойе, где уже стояла Лизавета с детьми.

– Хочу мороженое! – пищала Полина.

Антошка подбежал к матери и сообщил:

– Хочу пи-пи!

Ирина сводила сына в туалет, а когда они оба, улыбающиеся, вернулись к своим спутникам, те уже стояли с четырьмя порциями эскимо.

– Гулять! – объявила Полина и для убедительности притопнула ногой.

Лизавета только руками развела:

– Гулять так гулять.

Уже стемнело, и залитый огнями курортный город повернулся к отдыхающим своей фантастически нарядной ночной стороной. Гуляющих, пожалуй, было больше, чем днем: прогуливались пожилые и молодежь, пары с детьми, большие разношерстные компании и обязательные курортные парочки.

Шестилетняя крепышка Полина, существо на редкость самостоятельное, вела за руку Антошку, то и дело поправляя на нем то кепочку, то футболку.

– Как она все-таки на тебя похожа! – в который раз заметила Ирина, а Лизавета согласилась:

– Родня…

Про Полининого отца Ирина тактично не спрашивала. Понимала – Лизаветина старая мозоль, на которую лучше не наступать.

Праздник закрытия детского фестиваля переместился на улицу. На открытой эстраде работали клоуны, развлекая юных артистов.

– Папа! – вдруг воскликнула Полина и обернулась к матери.

Лизавета вздрогнула. Полининого отца они увидели недалеко от эстрады.

Там стоял автобус, и в него грузили музыкальную аппаратуру. Мужчина с пышной седой шевелюрой и недельной небритостью отдавал распоряжения. Ирина сразу его узнала, до того он был похож на эстрадную звезду 80-х годов, по которому в свое время сходила с ума почти вся женская половина страны. Вероятно, это сходство и зацепило когда-то впечатлительную Лизавету. К тому же он тоже был музыкант, как и его знаменитый двойник. Да еще руководитель ансамбля.