Русская наследница

Ну и, конечно, я делаю расчеты, прикидываю затраты и возможную прибыль, просчитываю фактор риска.

– И у тебя получается?

– Как видишь. Теперь я хочу заняться своим бизнесом. Я уже все продумал, сделал расчеты, у меня все получится, вот увидишь, Кать! Решайся!

– Ты – сумасшедший, – констатировала Катя. – Ты прекрасно знаешь, что я люблю другого!

– Господи… сколько ты будешь… вот так любить? Ну выйди ты за меня по расчету, что ли, а я все сделаю, чтобы ты не пожалела об этом!

Кате было не по себе.

Юнин как-то непонятно действовал на нее. Глаза его горели, он едва сдерживал возбуждение. Он встал, прошелся перед Катей, хрустнул пальцами. Его одержимость даже испугала Катю на какое-то мгновение. Но потом ей стало смешно.

– Славка, ну какой в тебе – расчет? – улыбнулась она ему как упрямому ребенку, выпрашивающему дорогую игрушку. – У тебя все вилами на воде. Мне кажется, ты сам в глубине души не веришь в то, что говоришь. Все эти фирмы создаются и лопаются, как мыльные пузыри.

Я не знаю, какое везение надо иметь, чтобы не прогореть, чтобы получать прибыль. И оставаться при этом честным, как ты.

– Это не твоя забота. Поехали, Кать. Ты мне нужна.

– Но почему ты хочешь в Москву? – пожала плечами она.

– Хочу увезти тебя отсюда, – признался Юнин. – Хочу, чтобы ты поскорее забыла его.

– Нет, Славик, – задумчиво проговорила Катя. – Я никогда не смогу забыть его. И никуда с тобой не поеду…

Проговорили они часа три. Юнин весь взмок, убеждая ее. Мать притихла на кухне и к чаю их не звала.

Понимала, что решается судьба дочери.

По тому, как долго и напряженно они говорили, мать поняла, что Катерина колеблется, и возможно…

Катя ответила «нет».

Юнин в подъезде, уже с потухшими глазами, сказал ей в общем-то банальные слова: «Желаю тебе, Катька, чтобы он любил тебя так, как люблю я».

Взял за руку и поцеловал. Руку поцеловал, как в романах. И его пронзительный синий взгляд так и остался в ее памяти – снизу вверх, когда он поднял лицо от ее руки.

Потом она не видела Славку несколько лет. До нее дошли слухи, что он улетел в Америку.

Уже тогда, при прощании, когда он сказал ей эти слова, и, уж конечно, много позже Катя понимала, что никогда Витька Пашкин не будет любить ее так, как Юнин…

Автобус въехал в город. Катя поднялась и стала пробираться к выходу.

Глава 4

Наташа Орефьева, медсестра родильного отделения областной больницы, жестоко страдала от токсикоза и жары.