Осторожно, пЕсатели! (сборник)

Прямо весь красный стал, как помидор.

– Ты чего? – спрашиваю.

– Ой, не могу! – кричит Мишка. – Вовка, ты чего тут написал?

– А чего? – обиделся я.

– Слушай: «Утром старушки валялись по всему полу. Это бобрёнок постарался!» Какие ещё старушки?

Я говорю:

– Да не «старушки», а «стружки», наверное. Ну, ошибся маленько. А ты вот чего написал?

– А чего?

– «Бобы перетащили бобят на сухие листья…» – прочёл я и засмеялся.

– «Бобы» – это бобры, конечно, – говорит Мишка. – Подумаешь, ошибся немножко.

Это всё пингвины виноваты с медведями этими вредными! Из-за Маньки заниматься невозможно!

Мы все ошибки исправили и решили математику делать, и тут Маня подошла.

– Чего пришла? – грозно спросил Мишка. – Телевизор смотри!

– Скучно, – отвечает она. – Просто нечего делать!

Манька стала потихонечку свистеть от скуки. У неё это довольно здорово получалось.

– Не свисти! – строго сказал ей брат. – Денег не будет! Вовка, у тебя дома деньги есть?

Девочка испуганно замолчала и уставилась на меня.

– Есть, – неуверенно ответил я.

– Тогда я немнозко посвистю? – с надеждой спросила Манька.

– Сядь и книжку смотри! – приказал Мишка.

Он, не глядя, сунул сестрёнке свой дневник, и Манька неохотно начала его разглядывать. Я открыл учебник по математике и с выражением прочитал:

– Задачка номер сто двадцать пять. Два отца и два сына делили три апельсина. Сколько досталось каждому?

– А чего тут решать! – говорит Мишка. – Простенькая ведь совсем задачка! Сейчас мы её в два счёта решим.

Чего там? Ага… Нужно просто три апельсина на четырёх человек поделить…

Тут он почесал в затылке и задумался.

Я ехидно сказал:

– Три на четыре без остатка не делится!

– Ну да! – тотчас сказал Мишка. – То-то я смотрю, что-то не то получается!

Манька говорит:

– А я знаю, знаю! Нузно из этих апельсинов варенье сварить! Тогда всем покусать хватит!

Мишка прямо вскипел весь, а мне смешно стало. Я сказал:

– Это вечный двигатель просто, а не ребёнок.

Она хоть пять минут помолчать может?

– Может, – сердито отвечает её братец, – если, например, ей рот конфетами шоколадными набить.

И тут мне в голову одна замечательная мысль пришла. Я даже на стуле подпрыгнул от радости:

– Мишка! Живём! У меня есть конфеты!!!

И я помчался на кухню и притащил целый мешок шоколадных конфет «Огненный мак». Там, наверное, полкило конфет было. Я торжественно вручил этот мешок Маньке.