Женщина-зима

Люба у них в маму, покойницу, а они с младшей сестрой Светой – в папу. Без напора. Так себе, тихие. Плывут по течению.

– Он скоро пожалеет! Да эту Сизову, ее все знают, какая она! Она с кем только не спала! Да она всего-то и умеет, что чужие деньги считать! Кто ее только в магазин поставил?

– Я. Я же и поставила, – призналась Любава. Полина поняла, что не то сморозила. Сестра шмыгнула носом и продолжила: – Пришла ко мне, стала плакаться: мол, муж бросил, не помогает, ребенка не на что кормить-одевать.

Я и взяла. А Семен продукты в магазин привозил, каждый день сама его к ней отправляла! – Любава жалкими глазами смотрела на сестру. – Сама, своими руками свела, получается…

– Ничего не свела, глупостей не говори. Мало, что ли, случаев? А как же теперь бизнес?

Полина хотела перевести мысли сестры в другое русло. Сестре нужно занять себя делом, а не поддаваться эмоциям.

Любава уставилась на нее, словно мысль о бизнесе еще не успела прийти ей в голову. Минуты две они молча смотрели друг на друга.

Потом Люба совсем уж беспомощно ответила:

– Не знаю…

Полина, как никто другой, понимала, что поступок Семена – удар ниже пояса. Наверняка он сам до конца не осознал, что делает. Мало – остаться женщине стареть одной, с букетом болячек, на пороге климакса… А если вы были не только муж и жена, но и партнеры? Везли вместе воз в одной упряжке? Собирали свое дело по крупицам, как муравьи? Да еще здесь, в сельской местности, где само слово «бизнес» режет слух, потому что нет его, бизнеса, тут и быть не может! Оно звучит здесь как насмешка над ватниками, валенками и санями, которые вновь пришли на смену «Жигулям».

И все же Любовь с Семеном сумели-таки встать на ноги, не уехали в город, как другие, а обосновались в райцентре и придумали пекарню. И свои точки открыли по селам, и даже магазин. А теперь?

– Мы не говорили об этом…

– Ты должна подготовиться, – закончила за нее Полина. – Семен может полно глупостей наделать, он как слепой сейчас.

А ты не можешь делать глупости. Тебе Танюшку поднимать надо.

Любава кивала на разумные доводы сестры.

Разговор был прерван телефонным звонком. Полина сначала молча слушала, а потом нахмурилась:

– Я приду, Павел, как и обещала. Только уж и ты свое обещание не забудь. – Она выслушала то, что ответили в трубку, и добавила: – Я сама поговорю с Ирмой, договорились?

– Все ходишь на вызовы, как и раньше? – догадалась Любава.

– Хожу.