Женщина-зима

О том, что он может отказаться, она даже думать боялась.

– Нет, что вы все ходите? – опередила ее Наталья. – Что вы успокоиться никак не можете?

По старой привычке Наталья называла ее на вы, как продавщица хозяйку. Но Любава видела: той очень хочется назвать на ты, показать себя ровней. Ведь теперь Наташка стала хозяйкой ее магазина, вдруг выбилась из ничего! В одно мгновение!

– Я тебя спросила: где Семен? – напомнила Любава.

Но Наталью, видать, подмывало. Хотелось высказать наболевшее.

– Он после прошлого раза едва отошел, а она обратно тут как тут! – всплеснула руками новоявленная хозяйка магазина.

Для удобства Наталья заговорила в третьем лице. Терла и терла хлорной тряпкой стекло холодильника, словно хотела протереть до дыр. Наверняка саниэпиднадзор в гостях побывал.

– А тебе, значит, мало магазина-то? Квартира моя приглянулась? – тихо заговорила Любава, чувствуя, как внутри набирает силу что-то постороннее, неподвластное ей.

– А что же? Квартиру-то вместе зарабатывали, вместе в совхозе работали. А получается…

– Когда мы с Семеном вместе ее зарабатывали, ты еще сопливая в начальную школу бегала, а уже перед пацанами юбкой трясла! – напомнила Любава. – Я помню, как ты к Феде-шоферу в кабину прыгала, жены не стеснялась!

– Нашла что вспомнить! Я виновата, что меня мужики любят? А тебя муж бросил, так ты теперь за ним ходишь, унижаешься! Смотреть стремно!

Наконец Наталья не выдержала, перешла на ты.

Любаве даже легче стало от этой ее наглости. Она оглядела магазин. Наталья не поняла этого ее взгляда. А Любава вобрала в него и коробки с зеленой редькой и луком, которые Наталья приволокла из материного погреба, устроила из цивилизованного магазина базар, и мешок с капустой – кто в деревне будет капусту покупать? И все Натальины глупости, устроенные в магазине даже не от неопытности, а чтобы просто было не так, как при старой хозяйке.

– Значит, я унижаюсь? – с нехорошей улыбкой переспросила Любава.

Но Наталья и тогда не угадала ее тона. Решила, что достала соперницу, влезла под кожу. Она плохо знала Любовь Петровну. Не довелось.

– Ну что ж, не буду унижаться. Нет Семена? Не надо. Обойдусь…

При этом она небрежно, враскачку двинулась в сторону овощей и легко, одним метким движением перевернула на пол и редьку, и лук.