Галстук с тугим узлом

 – Собственно, это понятно, что мы с вами из разных ведомств, я просто полагал, что для ускорения процесса…

Замолчав, Станислав остался сидеть, решая для себя: пора ему вставать и уходить или он все же получит от разведчика дельный совет вместо прописных истин, которые Сергеев и так знал прекрасно. Жаль, если не получится наладить хорошие, добрые, доверительные отношения здесь, в посольстве, со своими коллегами. Чего уж тогда мечтать о доверительных отношениях с местными чиновниками.

– Знаешь, Стас, – вдруг заговорил Родионов совсем другим голосом.

 – Не делай поспешных, а самое главное, неправильных выводов.

– Вы о чем?

– О том, что мое гражданство и твое гражданство уже повод для того, чтобы пить вместе водку. Что мой кабинет в этом здании и твоя миссия в Никарагуа – это уже повод просиживать вместе ночами под абажуром настольной лампы и с энтузиазмом шептаться о тайных делах и разведывательной информации из первых рук.

– Простите, Олег Иванович, – Сергеев встал и холодно посмотрел на Родионова.

 – И в мыслях не было фамильярничать или иным способом набиваться…

– Отставить! – вдруг командирским голосом рыкнул советник и кивнул на стул, с которого Сергеев только что встал.

Пауза повисла в кабинете невеселая, как показалось Станиславу. Нет ничего хуже, чем ошибаться в людях, на которых рассчитываешь, к которым пытаешься относиться так, как хотел, чтобы относились к тебе. Ошибаться в людях, с которыми ты готов делать одно большое и важное дело, а в результате получается, что ты потерял много времени, нервов, а работа не сдвинулась с места ни на сантиметр.

– Надулся как мальчишка, – усмехнулся Родионов и снова заговорил своим добродушным тоном: – Я же предупредил, чтобы ты не делал поспешных и неправильных выводов. А ты мгновенно их сделал. Хорошо, что я о тебе много знаю, Станислав. Это твое третье самостоятельное задание. Два ты выполнил с блеском, и поэтому тебе можно доверять.

Но ты не усвоил одной простой истины: тебе никто не обязан помогать, тебя никто не будет хвалить так, как тебя хвалили преподаватели в институте и кураторы на стажировке. В каждом ведомстве свои правила, и каждое ведомство играет по ним самостоятельно. Все остальное – компромиссы, хотя кажется, что КГБ и МИД делают одно дело. Не принято делиться информацией и помогать без разрешения на то высокого начальства, которое видит ситуацию со стороны.