Моя жизнь с мальчиками Уолтер

– Может, кто-нибудь сходит в гостиную и принесет Джеки стул? – спросил Джордж.

Один из них хотел запротестовать, но второй ткнул его локтем в бок.

– Хорошо, пап. Сейчас сбегаю, – сказал он с милой улыбкой.

Минуту спустя он вернулся со стулом. Когда он дотащил его до стола и я села, Джордж начал читать молитву. Посреди нее я почувствовала движение на своей ноге. Сунув руку под стол, схватила что-то гладкое и тонкое, вытащила и с криком отшвырнула от себя желтую рептилию. За столом поднялся бедлам.

– Змея! – заорал Бенни, вскочив со стула и дернувшись назад.

Отпрыгнул он прямо на одну из собак, и бедняжка с визгом бросилась бежать. Алекс, тоже в шоке отскочивший от стола, запнулся о нее и завалился на сидевшего рядом Айзека. Джордж хотел успокоить Бенни, но поскользнулся на луже молока, в суматохе пролитого кем-то на пол. Падая, он вцепился в скатерть и утянул за собой всю посуду. Чаша со спагетти шлепнулась на пол, и ее содержимое разлетелось по сторонам, заляпав нас всех томатным соусом.

– Джордан! – взревел Джордж. – Ты наказан! Сидишь дома!

Ужин обернулся катастрофой, и виновата в этом я. Джордж с Кэтрин, уняв всеобщую панику, поручили всем вычистить бардак. Всем, кроме меня. Кэтрин очень извинялась за поведение сына и отослала меня мыться и переодеваться, хотя я умоляла разрешить мне остаться помочь.

Я выключила горячую воду и вышла из душа. Было приятно смыть с себя хлорку и спагетти, однако душ не избавил меня от страха, свернувшегося клубком внутри.

Посмотрев на валяющуюся на полу изгвазданную блузку, я почувствовала укол раздражения. Коул был прав: не стоило ее надевать. Теперь она испорчена. И судя по тому, какими неприязненными взглядами провожали мой уход парни, моя жизнь с Уолтерами уже идет наперекосяк.

Оборачиваясь полотенцем, я жалела о том, что не надела в ванную шлепанцы. Пол тут напоминал минное поле, усеянное грязными трусами и не долетевшими до мусорки салфетками; я уж молчу о том, что плитку, похоже, не чистили с самого заселения семьи в дом.

Умывая лицо, я старалась не касаться раковины-столешницы, точно пометом испещренной пятнами зубной пасты и синего крема для бритья. Большая часть зубных щеток валялась возле раковины, словно парни знать не знали, что влажная столешница – рассадник бактерий и микробов. Свою щетку я тут точно не оставлю.

Я приоткрыла дверь и выглянула, проверяя, нет ли кого в коридоре. Не хотелось быть увиденной в полотенце.