Очень нуарный детектив

Его тонких губ едва коснулась мрачная улыбка. Взгляд по-прежнему был преисполнен тоски и тревоги.

Стуча каблучками, к нам возвращалась официантка, держа в руках небольшой поднос.

– Ваш заказ. Тройной виски для вас! – девушка поставила на стол стакан, игриво подмигнув Гранту, и добавила, ставя второй стакан, – и для вашего друга.

С фальшивой стыдливостью, прикрываясь пустым подносом, она стояла в нерешительности, переминаясь с ноги на ноги.

– Вы ещё, что-то хотели, мисс? – задал вопрос мой друг.

– Простите… – густо покраснев, произнесло юное создание, хлопая ресницами.

– Это я.

– О боже, – казалось она вот-вот потеряет сознание от нетерпения и восторга. – Вы могли бы дать мне автограф? Умоляю, не откажите, вы сделаете меня самой счастливой девушкой на свете!

– Да, конечно, – устало произнес друг, привыкший к подобному вниманию юных барышень.

Радостно взвизгнув, она, шурша белоснежным кружевом юбки, уселась к нему на колени и, выудив из-за уха ручку, отодвинула край своей хлопковой рубашки до самого верхнего края корсета.

– Пожалуйста, распишитесь вот здесь, на груди! – почти возбужденно дыша, произнесла она, протягивая ручку и приподнимая подбородок. – Я потом себе из этого татуировку сделаю.

Размашисто расписавшись, Грант вернул ручку и мягко снял её с колен.

– Спасибо, мистер Моррисон, вы настоящее чудо! – воскликнула девушка и умчалась к остальным делиться впечатлениями, предварительно чмокнув его в гладко выбритую щеку.

Как только она покинула нас, он виновато улыбнулся и произнес:

– Прости, дружище, иногда я и сам не знаю, как это работает… – подняв стакан, он добавил. – За Молли.

– За Молли! – скорбным эхом отозвался я.

Мы сделали по большому глотку, а затем я рассказал ему о случившемся за день. О звонке комиссара, о посещении места преступления и встрече с мистером Найтмором. О таинственном письме, что всё ещё лежало не распечатанным во внутреннем кармане пиджака, и даже о механическом таракане.

Молча выслушав меня, друг протянул руку и попросил дать то, что я принёс ему с места преступления. Я протянул ему маленький флакончик с растаявшим снегом внутри и ждал, когда Грант, наконец, заговорит.

Вынув пробку, и понюхав содержимое, он произнес:

– Бедная девочка, ей столько пришлось пережить, столько выстрадать, – он вновь повел носом над стеклянной колбой. – У нее было столько тайн, из-за которых она и погибла.