Пылающий бог

– Могли и дожидаться нас, – заметила Шень. Логика в ее словах была.

– Тогда просто сожжем храм.

– Не получится, он же каменный…

– Это у вас не получится.

Рин взмахнула пальцами. На ее ладони затанцевал огненный дракон. Она прищурилась, глядя на храм и размышляя. Она точно до него достанет, ведь она может бросать поток огня на пятьдесят шагов. Нужно лишь направить пламя в окно. Миновав камень, огонь найдет, что спалить.

– Сколько там заложников? – спросила Рин.

– А это имеет значение? – отозвалась Шень.

– Для меня – да.

Шень довольно долго молчала, а потом кивнула:

– Пять или шесть. Не больше восьми.

– Это важные люди?

Женщинами и детьми можно пожертвовать без последствий. А вот представителями местной власти – нет.

– Насколько я понимаю, нет. Люди Суцзы – в другой части города. А семьи у него нет.

Рин в последний раз поразмыслила над вариантами.

Она могла бы отправить войска штурмовать храм, но это повлечет за собой потери, в особенности если мугенцы и в самом деле припасли емкости с газом.

И цена победы имела значение. Этот бой – ее главное испытание. Если она вернется домой не просто с победой, но и с минимальными потерями, наместник провинции Обезьяна точно даст ей армию. А значит, решение принято – Рин не может вернуться с половиной солдат.

– Кто еще знает о заложниках? – спросила она у Шень.

– Лишь те, кто сейчас здесь.

– А горожане?

– Мы вывели всех, кого нашли, – сказала Шень, тем самым сообщая: «Никто не проболтается о том, что ты сделала».

Рин кивнула:

– Выведи отсюда своих людей. Как минимум на сотню шагов. Не хочу, чтобы они надышались дымом.

Шень побледнела:

– Генерал…

– Это не просьба, – повысила голос Рин.

Шень кивнула и бросилась бежать. За какие-то секунды поле опустело. Рин осталась одна, потирая пальцами ладонь.

«Ты это чувствуешь, Катай? Знаешь, что я делаю?»

Но не время для колебаний. Нужно успеть, пока мугенцы не отважились разведать эту тишину.

Она вытянула ладонь. Загудело пламя. Рин направила его к замку на двери храма. Метал начал гнуться и плавиться, так что замок уже невозможно было открыть.

А потом, вероятно, огонь прихватил и какого-то мугенца, потому что с той стороны послышались крики.

Рин поддала жара, и огонь загудел так громко, что заглушил крики, но все-таки один вопль прорвался через стену. Пронзительный крик боли. Может, женский, а может, детский.