И останется только пепел

И Нита вынужденно возвращалась в прозекторскую, в эту ловушку, где компанию ей составляли только трупы и инструменты, распрощавшись с надеждами увидеть внешний мир снова.

Она беззвучно содрогнулась от воображаемой картины, ведь такой поворот был бы просто ужасным – и именно он больше всего походил на правду. В этом случае она променяла бы стеклянную темницу на черном рынке на темницу, созданную матерью.

Нельзя было позволить подобному случиться. Она не могла снова вернуться в клетку, пусть даже призванную ее защищать.

При одной лишь мысли о маленькой комнатке без выхода у нее по спине бежали мурашки.

Спустя некоторое время Нита поняла, что мысли ее ходят по кругу, поэтому увеличила выработку мелатонина, откинула спинку сиденья, прижалась щекой к окну и заставила себя уснуть. Скоро встреча с матерью. И тогда они смогут поговорить начистоту.

Им было о чем поговорить.

Нита проснулась с болью в шее, когда самолет начал посадку. По стеклу иллюминатора текла струйка слюны, капельки забрызгали рубашку.

Она размяла мышцы шеи и выпрямилась.

Самолет загудел, в динамике зажужжало – сделали какое-то объявление. Сообщение на английском Нита пропустила, а теперь говорили по-французски: «…votre sе?curitе? est notre prioritе?…»

Внизу, насколько она могла видеть, простирался город. Мегаполис с населением почти семь миллионов человек, который превзошел даже Нью-Йорк по многообразию национальностей, если верить Google. То тут, то там стайками взмывали башни, высокие и серебристые, будто хозяйские замки, собравшие вокруг себя крестьянские наделы.

Вокруг города раскинулось его предместье – море домов, перемежавшихся с участками зелени. Если не считать небоскребов, большинство строений, казалось, играли оттенками красного – Ните стало любопытно: неужели здесь так популярен кирпич.

Им потребовался почти час, чтобы пройти таможню и добраться до места выдачи багажа. Стены аэропорта были оклеены плакатами с развевающимся канадским флагом на заднем плане и надписью: «BIENVENUE AU CANADA! ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В КАНАДУ!», напечатанную фигурным, будто рукописным, шрифтом.

Пока они дожидались багажа, Куиспе привела в порядок свою одежду. В Боготе ее рукава не были застегнуты вовсе, а пиджак – лишь частично, но здесь это не годилось. Она разглаживала переднюю часть пиджака руками, прижимая пальцы к ткани, пока не убедилась, что выглядит идеально и профессионально.

– Что вы делаете? – спросила Нита.