И останется только пепел

Его глаза были темными и бездонными, а густые темные брови вопросительно изогнуты. Он слегка улыбался, и эта улыбка, несомненно, выглядела какой-то неправильной.

Сердце Ниты екнуло от накатившего привычного страха при взгляде на него, и она потерла свои вспотевшие ладони.

Сглотнула, продолжив некоторое время наблюдать. Он казался таким безобидным в темно-зеленом свитере и джинсах, таким… обычным. Как будто он не был тут чужим. В то же время от него исходило неопределенное ощущение опасности. Люди, следовавшие мимо, старались к нему не приближаться.

Кажется, они делали это бессознательно – просто обходили вокруг другого столика, избегая его, и занимали места по соседству, пусть даже многие столы были заняты. Будто их подсознание чувствовало опасность и заставляло сторониться, хотя вряд ли они могли понять почему.

Нита часто слышала, что девчонкам нравятся «плохие парни», но ни одна в кафе не бросала на Ковита одобрительных взглядов и не приближалась к нему, хотя его определенно можно было счесть привлекательным.

Он явно незадолго до прихода сюда подкрепился болью. Поэтому лицо сияло здоровьем, а волосы блестели, будто в рекламе шампуня. Густые черные ресницы обрамляли темные глаза, а кожа была теплого смуглого оттенка.

Нита задумалась, не слишком ли преувеличен стереотип «девчонки любят плохих парней» или, может, Ковит просто слишком далек от плохого парня в обычном смысле и слишком близок к настоящим монстрам.

Когда она находилась в джунглях, ей легко удавалось оправдать свой союз с ним.

Вне всяких сомнений, он был монстром, но их объединяла цель, а совместное сотрудничество обеспечивало самый быстрый способ достичь ее.

Нита знала, что он намеренно причиняет людям боль. И знала, что ему это нравится. Он никогда не скрывал, что может получить «еду», не прибегая к пыткам, – достаточно посидеть в отделении скорой помощи или отправиться в зону боевых действий. Но Ковит выбрал другой путь.

Он сам решил причинять боль.

Решил быть именно таким монстром, каким людское воображение рисовало ему подобных.

Нита понимала это умом, но ноги сами несли ее к нему.

Пульс участился. Благодаря своим способностям Нита чувствовала, как каждое кровяное тельце мчится через каждую вену, каждый капилляр.

Она остановилась перед Ковитом, и он посмотрел на нее. Его рот растянулся в извращенной ухмылке, кривой и немного отчужденной, хотя она с трудом могла понять, как ему это удается.