Подруга плейбоя

В светлых брюках и черной спортивной рубашке он был так красив, что у нее перехватило дыхание. Ее чувственные губы изогнулись в улыбке.

– Buon giorno, Клариссима! Прошу прощения за столь ранний визит.

Ее предположение было правильным. Он собирался уезжать.

Его взгляд оценивающе скользнул по ее фигуре. Это ее не удивило. Три года назад они с Бьянкой наконец избавились от лишнего веса, от которого страдали большую часть жизни.

Чудодейственную диету она нашла в глянцевом журнале после статьи о кинозвезде, обложку которого украшало ее фото с Валентино.

Юная актриса с безупречной фигурой делилась с читательницами секретом своей стройности.

По какой-то причине при виде Валентино, улыбающегося худой красавице, Клара пришла в ярость. Полные девушки вроде нее никогда не попадали на страницы таких журналов! Из злости она начала соблюдать опубликованную диету, и вскоре к ней присоединилась Бьянка. Они обе добились потрясающих результатов, и какое-то время местные жители смотрели на их преображение как на чудо.

Сейчас к их новому облику привыкли все. Кроме Валентино, разумеется.

– Тебе не за что просить у меня прощения. Ты же знаешь, мы, фермеры, встаем вместе с солнцем.

Его лицо посерьезнело.

– Я мог бы позвонить, но подумал, у меня будет больше шансов поговорить с тобой, если я заеду.

Она была рада, что Валентино сделал именно такой выбор. Несомненно, он помнил, как Сильвио вмешивался в их отношения, и решил исключить возможность того, чтобы ее брат ответил на его звонок.

Сильвио всегда ревновал ее к Валентино. Если бы он увидел его сейчас…

– Твоя машина произвела впечатление на Томасо.

– Но не на тебя. – В его голосе слышалось напряжение, как и вчера.

– Разумеется, на меня тоже.

– Это единственное средство передвижения, которое у меня есть на данный момент. Поехали прокатимся. Мне нужно с тобой поговорить.

Клара покачала головой:

– Боюсь, у меня нет времени. Въезжая в ворота, ты, наверное, видел, как Томасо ставил палатку.

Сегодня продавать фрукты буду я.

– Дай мне пять минут.

– Почему мы не можем поговорить здесь?

Его лицо помрачнело.

– Чего ты боишься?

Кровь застучала в ее висках.

– Ничего. Я просто не представляю, что такого важного ты можешь мне сказать. Прошло столько лет.

– Девять, если быть точным. Для близких друзей это слишком много, но я здесь для того, чтобы искупить свои грехи. – Его губы улыбались, но темные глаза оставались серьезными.