Сёстры меча и песни

А если у нее и появились шрамы… что ж, они станут символами ее достижений.

Все предались теплым воспоминаниям о Хальцион, и напряжение отступило.

– Помните, как она обогнала всех деревенских мальчишек? – поинтересовалась тетя Лидия хриплым от гордости голосом, как только закончила зажигать лампы. Исходящее от камина свечение разливалось, танцуя на стенах, золотом и тенями.

– Никто не мог ее превзойти, – согласилась Майя. – Помнишь того мерзкого мальчишку из Дри, Эва? Он считал, что может одолеть ее в поединке, но она дважды доказала, как сильно он ошибается.

Одним ударом лишила его чувств. Просто великолепно.

«Да», – подумала Эвадна, погрузившись в раздумья. Она сплела еще две короны, и когда наконец-то грянула буря, девушка поднялась на ноги, готовая отправиться спать.

– Но, Куколка! – жалобно протянул ее отец. – Мы не спели сегодня вечером! Тебе еще нельзя ложиться спать.

Если бы у него всегда получалось уговорить Эвадну присоединиться к нему, то пели бы они каждый вечер. А еще он любил прозвища.

Давным-давно он дал их обеим своим дочерям: Хальцион окрестил «Ростком», а Эвадну – «Куколкой». Куколкой, личинкой насекомого. Когда Эвадна узнала значение слова, она разозлилась, пока отец не разъяснил ей, что это всего лишь переходная стадия, после которой бабочка расправляет крылья. С той поры поиск коконов в роще они превратили в своеобразную игру.

– Прости, отец, – извинилась Эвадна. – Но я слишком устала. Сегодня вечером тебя поддержит Майя.

Майя, разинув рот, прекратила свое плетение.

– Кто, я? Я не умею петь!

Лисандр фыркнул в знак согласия, за что получил от Майи подзатыльник.

– Мы все споем сегодня вечером, – сообщила Федра, откладывая свое шитье. – Кроме тебя, Эва. Я знаю, что тебе нужен отдых.

Когда Эвадна выскользнула за дверь, ее семья затянула Песнь Жатвы. Девушка медленно поднялась по лестнице на верхний этаж и направилась по коридору в свою спальню.

Она вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Стояла темнота; ее масляная лампа, должно быть, погасла.

Эвадна через всю комнату устремилась к ней, нащупывая путь босыми ногами, как вдруг почувствовала на полу влагу. Девушка замерла и обратила свой взор на окно, где качались взад-вперед ставни от резких порывов ветра, но она точно помнила, что запирала их перед ужином.

Тогда она почувствовала это. В комнате находился кто-то еще, он наблюдал за ней из темноты. Она слышала хриплое дыхание, которое пытались сокрыть за шумом дождя.