Привкус счастья

Вы должны этим гордиться, а не считать своим изъяном.

Изъян. Именно так все и выглядело, но она почему-то считала, что он должен этим гордиться. Суметь взглянуть на себя по-другому? И как ей только это удавалось, ведь, похоже, она даже не осознавала своей власти над ним? Эта мысль напугала его, потому что он вдруг понял, что может по-настоящему привязаться к ней. А сейчас ему ни к чему эти сложности.

– Вам повезло, что отец вас одобряет.

– Вы хотите сказать, что у вас с отцом другие отношения?

– Боюсь, что да.

 – Его голос сделался резким. – Ваше недоверие лишний раз доказывает, насколько разные наши отцы. За всю мою жизнь я не помню, чтобы мы хоть раз смотрели на вещи одинаково. Если что-то идет вразрез с его мнением, это неправильно.

– Но вы достигли успеха!

– Не в его глазах.

– Это ужасно. – Ее голос задрожал. – Это причиняет вам боль.

– Я уже привык.

– Даже если и так, я слышу едва уловимую боль в вашем голосе. – Ее проницательность ошеломила его. Она некоторое время молча смотрела на него.

 – Как бы там ни было, я вас одобряю.

– Почему?

– Когда мы впервые встретились в каменоломне, вы были готовы устроить мне допрос с пристрастием. Но после того, как я представилась, вы выслушали меня, извинились и позволили мне участвовать в поисках Даррена. Меня восхитил ваш поступок, и теперь вы нравитесь мне гораздо больше.

Андреа Линфорд, откуда ты здесь появилась?

Ей и в голову не приходило, что она понравилась ему настолько сильно, что он был готов увезти ее в неизвестном направлении, чтобы они наслаждались обществом друг друга сколько пожелают и никто не мог бы им помешать.

Ставрос был потрясен собственными мыслями, понимая, что совсем не знает ее.

Они приблизились к дороге, ведущей к пещере. Тем временем окончательно стемнело, и движение становилось небезопасным. Ставрос ждал, не появится ли кто-нибудь на петляющей каменистой дороге, окаймленной густым кустарником.

Он остановил машину.

– Дальше придется идти пешком.

Возьмите куртку. Конечно, она вам велика, но зато так будет теплее. В пещере всегда холоднее, чем снаружи, особенно ночью. Возможно, Даррена здесь нет. Едва войдем в пещеру, станем разговаривать шепотом и погасим фонари. Если он внутри, я не хотел бы, чтобы свет и наши голоса спугнули его.

– Поняла.

Андреа поняла гораздо больше, чем он мог себе представить.

Они вылезли из машины и натянули куртки. Андреа положила в каждый карман по бутылке воды.