Властелин ее желаний

Пока я жил здесь, я постоянно испытывал чувство растерянности. Здесь было так много детей без родителей. У меня, в свою очередь, было много вопросов. Где были наши семьи? Где были мои мама и папа? Как я сюда попал? Я был не нужен своей семье?

Ее голубые глаза затуманились.

– Нам не обязательно входить туда.

– Теперь этого я хочу. Когда я рассказал тебе о своем детстве, я чувствовал необходимость снова посетить это место.

После паузы она спросила:

– Пойдешь один?

Его темные глаза остановились на ней.

– Я бы не оказался здесь без тебя.

Нико произнес эти слова с таким чувством, что Фауста невольно задрожала. Он открыл для нее дверь, она вышла из машины. Вместе они прошли сквозь церковь ко входу в приют.

Нико хорошо помнил дорогу. Пожилая монахиня в черном поприветствовала их из-за стола.

– Добрый день, синьор. Чем я могу помочь?

– Меня зовут Нико Барзотти. Это моя подруга, синьорина Россиано.

Фаусте было приятно, что он не упомянул ее титул. Монахиня ее не узнала, Фаусту это устраивало.

– Я прожил здесь более десяти лет. Год назад я узнал, что монахиня, которая заботилась обо мне, скончалась. Мне жаль, что я узнал об этом так поздно, потому что мне хотелось поблагодарить ее. Сестры были очень добры ко мне.

Женщина мягко улыбнулась:

– Синьор, уверена, что она знает, что вы ей признательны.

Фауста тоже в это верила.

– Можно ли ненадолго зайти в общий зал? Или нам вернуться позже?

– Можете войти сейчас, дети обедают.

– Спасибо.

Через двойные двери они попали в просторную комнату, о которой рассказывал Нико.

На одной из стен все еще висела большая икона «Мадонна с младенцем». Рядом стояло пианино, висели полки с потрепанными книгами и мягкими игрушками. Увидев это место, Фауста твердо решила анонимно сделать приюту пожертвование.

Нико взял ее за руку и увлек за собой, ближе к картине. Он долго изучал полотно в полном молчании. Фауста чувствовала, что он находился где-то далеко.

– Как замечательно. Здесь все по-прежнему.

Здесь прошли его ранние годы. Ее сердце сжалось от боли.

– Нико, я не могу не думать об остальных детях, живущих в этом месте. Я буду молиться, чтобы они выросли и стали такими же успешными, как ты.

Он нежно сжал ее пальцы, прежде чем отпустить руку. Они вернулись к монахине, которая все так же сидела за столом.

– Спасибо, что пустили нас.

– Приходите в любое время. Наши двери всегда открыты.

Фауста молчала, пока они возвращались к машине.