Иное утро

Послушав Ту благоразумную девочку которой она должна была бы быть Тимия опустила на пол сначало одну, потом и вторую ногу. Завернулась в любимые тапочки и постаралась поднять упавшее тело.

Это получилось, и она стояла посередине комнаты едва дрожа.

Чай? Кофе? Надо чего-нибудь выпить, в горле по сумасшедшему все пересохло, жаль что в школе не говорят как много сил уходит на страдания к себе. Впрочем там не учат и состраданию к другим. Говорят, и много говорят, но… Опять глупые мысли о школе. Она закончила ее вечность назад, а ее до сих пор что ли тяготит та пора? Скорее нет.

Просто… просто мысли такие приходят когда тебе нечем заняться. Строгим армейским маршем на кухню и приготовить горячий напиток. В квартире довольно холодно, а на улице так вообще дубак.

Тимия отошла к окну и раздвинула шторы.

Ноги подкосились и она упала. Глаза что последний час были только закрыты и привыкли к темноте самобичевания округлились до орбит маленького Плутона.

Красная, едкая жижа ползла по обратной стороне стекла, ползла вниз оставляя за собой кроваво-алый след.

Дома-панельки, отпрсыски былого времени, что всегда навеивали только скуку и боль теперь вызывали один только страх. Их стены пульсировали широкими и расходящимися в разные стороны синими венами, врезались в окна и проходили сквозь все строение подобно злорадному плющу. Балкончики дешевых домов и крытые лоджии богатеев обрушивались на землю в бесконечном и застывшем полете. Обломки и крошка падали и вновь возвращались на свое, казалось былое место, но опять разрушались в тишине без какого либо звука.

Тимия отползла назад и попыталась стянуть с дивана плед. Рука взялась за липко-скользкое месиво. Девушка закричала и отдернулась на обратную сторону. Телевизор, тот который она покупала в рассрочку, широкий и с самой лучшей передачей цвета на данный момент и на ближайшие пару лет, стал бетонной пластиной неустойчиво держащейся на коротеньких ножках-веточках. Старых и дряхлых во всех отношениях веточках дерева. Они надломились и смерть двигалась расходящимся в красном свете луны тенями прямоугольной формы.

Стены без тех дорогих обоев шелушились старостью, кладка побилась, девочка умирала в одиноком и пустом мире со старостью и серостью его пожирающего.

Ч2.

Тьма не упала на нее и не забрала ее жизнь ведь она до сих пор дышит и чувствует что дышит, и полежав где-то с минуту, она смогла наконец открыть глаза и увидеть свою привычную и теплую гостинную, и, упавший на пол леопардовый плед.