Нетрудно быть богом

Еще час потребовался, чтобы заставить жителей поверить в реальность происходящего и собрать самые нужные вещи.

– Не расслабляйтесь, – предупредил командир, когда местные уже уныло плелись за нашей колонной, – эта деревня маленькая и самая запуганная. Им пришлось почувствовать на собственной шкуре, насколько туман и Не-люди опасны. Чем дальше от башни, тем больше сопротивления мы будем встречать.

Я шел в центре шеренги, как раз за группкой жителей деревни. Мое внимание привлек пацан лет двенадцати, который нервно оглядывался и постоянно натягивал на руки и так вытянутые сверх меры рукава старенькой рубахи.

Какой-то он странный, что ли. Не могу сказать, почему именно этот мальчишка привлек мое внимание, но на привале я сел к нему поближе.

– Эй, пацан, – старался говорить тихо и дружелюбно, чтобы не испугать, – ты что, один?

Мальчишка дернулся вскочить, но я мягко потянул его за рукав вниз.

– Сядь. На, поешь, – протянул ему свою порцию пайка.

Пацан ел галеты, практически не жуя, заглатывал огромные куски и давился, как голодный щенок.

Подождав, пока он доест, я решил снова исподволь завести разговор.

– Зовут-то тебя как, парень? Я – Ван. А ты?

Парнишка зыркнул исподлобья, сморщил нос, но ответ дать все же соизволил:

– Яков.

– Будем знакомы, Яков, – надеюсь, улыбка вышла нормальной. Почти год не было повода улыбнуться кому-то, мог ведь и разучиться.

Мальчишка немного подумал, повздыхал и решился, удивив меня своей простонародной, сильно искаженной речью:

– А исчо есь чё пожрать?

– Не пожрать, а поесть.

Еда есть, но она еще понадобится.

Не хотелось расстраивать пацана, но ситуация была сложная. Жители не располагали существенными запасами легкой и при этом долго хранящейся еды, а лошадей, которые могли бы везти тяжелые повозки с корнеплодами, в этой нищей деревеньке и вовсе не было. Нам придется кормить их своими пайками.

Яков промолчал, продолжая натягивать рукава до самых кончиков пальцев. Я чувствовал, что чем-то расстроил пацана, и тот снова закрылся в своей ракушке.

 Решив не давить, просто молча досидел рядом с ним остаток привала. Поднявшись, сказал:

– Увидимся на следующем привале. Если что-то будет надо – говори. Чем смогу – помогу.

Дожидаться ответа не стал, слишком уж хорошо знал эту породу мальчишек. Скрытные, озлобленные, прячущие боль за злостью. Маленькие волчата.

Во втором поселении все шло хорошо, пока мы не зашли во двор местной семидесятилетней знахарки.