A.S.Y.L.U.M: Дети Сатурна

– Садись, садись. Да что же ты? Садись! – сказала блондинка, чуть угрожающе повышая голос. – Я два раза не повторяю.

– Спасибо, насиделась уже, – отчеканила девушка, гордо поджав губы.

– Ах, что же ты! – рассмеялась Ари. – Ты обиделась на меня, Настенька? Полноте дуться-то. Это была вынужденная мера. Я знаю, с тобой прекрасно обращались. Как там у вас, на Большой Земле, говорят? Бог терпел и нам велел.

– Но я не господь Бог.

– Нашла чем гордиться, – фыркнула градоначальница.

 – Забудем всё.

Она вцепилась в брюнетку привычным изучающим взглядом, но сейчас в нём сквозило меньше скрытой угрозы и больше пристального интереса.

– Как вообще дела твои? – начала покачиваться в кресле Ари. – Расскажи мне о себе. Как росла, чем увлекаешься?

– Я не намерена вести беспредметных бесед.

– Что же, – ответила хозяйка города, раскачиваясь чуть сильнее. – Я и сама не люблю переливать из пустого в порожнее.

Блондинка вскочила на ноги и начала порывисто расхаживать по кабинету, любовно разглядывая акварели.

Внезапно Ари обернулась и с приободряющей улыбкой спросила:

– Разве тебе хочется меня убить?

– Нет, что вы! – взволнованно ответила Настя. – Клянусь, у меня в жизни не было таких мыслей, даже когда вы… Так меня из-за этого в карцер отправили?

– Нет, что ты, что ты, – махнула рукой женщина. – То была простая предосторожность. Надо же было куда-нибудь тебя деть… Я вот что имею в виду.

Точным и выверенным движением, словно ювелирных дел мастер, Ари достала из кармана белый конвертик с металлически-синими разводами.

Протянула его девушке – та живо схватила конверт и извлекла на свет записку. На ощупь материал походил на ткань со сложной канвой.

«Драгоценная моя Аримат!

Не беспокойся. Предоставь ей безграничную свободу. Молча наблюдай и ни во что не вмешивайся. Даже если она захочет убить тебя, взорвать твой город или пойти войной на керков – не предпринимай никаких шагов.

Послушай меня, дорогая. Сделай так, как я говорю, и Настя послужит великому делу Света.

Навечно твой,

Эйхарт».

Представьте себе яростную предгрозовую тучу: мрачную, клубящуюся, похожую на осьминога, выпускающего в пространство тонны чернильных пятен. Эта опасность нависла прямо над вами; ещё мгновение – и ударит ливень, и расхохочется гром, и пробьёт землю гроза. Однако туча что-то медлит, будто размышляет.