A.S.Y.L.U.M: пражские игры

 – Если ему так нужен шум в зале, не мог бы включить аудиозапись хлопков? Только ладони заболят.

Поначалу аплодировать было тяжело и непривычно, у зрителей никак не получалось синхронизировать движения. Однако очень скоро они научились хлопать, правда иногда ошибались с поводом. На экране за спиной Эд Гара переводчик объяснял его речь на тот случай, если вдруг в зале затесался малообразованный человек.

Венера периодически порывалась что-то сказать, но осознание того, что окружающие могут слышать их разговор, сковывало её язык.

Ей было непривычно от запаха толпы: от соседа слева воняло духами, а впереди сидящий человек поражал россыпью перхоти на плечах. Девушка удивилась, как это его до сих пор не сослали в лагерь для выведения перхоти. Она, конечно, могла бы сдать его властям, но была чересчур чистосердечной, поэтому решила предоставить это дело кому-нибудь другому.

Наконец, началось представление. На сцену вывели рабов, вывезенных из стран четвёртого мира, которые не разделяли демократические ценности СШЕ.

Их было человек пять, и стояли они стройной шеренгой в центре арены.

– А теперь, достопочтенная публика! Только у нас – лучшие пытки во всей Чехии! Как тебя зовут, мой мальчик? – спросил он у юноши, которого надсмотрщик вытолкнул вперед. Это был молодой загорелый парень, чуть мускулистый, с ясными чертами лица и горящими ненавистью глазами.

– Сдохни, – ответил он.

– Итак, приветствуем новую звезду «Соплей» – гражданина Сдохни!

Публика была в восторге, однако отвыкла ясно выражать свои эмоции, поэтому молчала.

– Цирк «Соплей» – самый демократичный цирк на всём континенте! Мы не будем пытать этого молодого человека сами, а предоставим право выбора вам! Итак: кто за то, чтобы сначала отрубить парню большой правый палец?

С первых рядов доносился лёгкий гул, однако разобрать что-либо не представлялось возможным.

– А кто за то, чтобы отрубить большой левый палец?

Слабые голоса раздались с галёрки.

– Итак, приступаем к голосованию.

Голосуем поднятием рук. Голосовать можно только за один палец! Внимание! Кто за то, чтобы отрубить правый палец? Хорошо. А кто за то, чтобы отрубить левый палец! Отлично! Итак, с перевесом в семнадцать голосов побеждает левый палец! Ура, товарищи!

– Остановитесь! Это ужасно! – завопил человек с первого ряда и выбежал на сцену. Это был мужчина небольшого роста, с маленьким милым пузиком, небольшой залысиной и шикарными усами. Звали его Эдмунд Коль.