Цота. Планета изгоев

Какой же забытый вкус сладкого лакомства. Ммм… везет же яссам – хоть они и страшилища, а знают толк в еде. А вот я скоро от нее отвыкну и начну с Рохо гоняться за крысами. Гарш принимает их по трети ларра за паленую тушку, я только сегодня узнала от Сита. Теперь понимаю, отчего от Рохо так скверно несет дымком.

Промаявшись почти до алого рассвета, я чудом сумела забыться, а когда открыла глаза, первым физическим ощущением был дикий голод. А получить годную кормежку могу только у Гарша. Значит, придется заступать на прежнее место, снова влезать в замкнутый круг: бочка-харчевня-бочка.

Надеюсь, вчера я не слишком буйно себя вела и важный хубанин меня простит. С Ситом я быстро помирюсь, он отходчивый. Да, мы вроде и не сильно ругались.

Какой же болезненный укол, до сих пор неприятно двигать плечом… Сит заверил, что теперь мне не грозят местные мусорные болезни, и шансы продержаться на Цоте значительно выросли. «Значит, будем жить!»

Самое ужасное в моей ситуации – это четкое понимание, что никакой корабль за мной сюда не приплывет и не прилетит.

Никто меня не вытащит с галактической свалки, тут и останусь до конца дней, а потом Фрайм-сеятель развеет мои кости по ветру.

Фрайм, правда, сеятель. Его далекие предки на Гиде многие века распахивали землю и сажали зерновые культуры, пока сианцы не решили испытать свою бомбу на их маленькой аграрной планете. Многие гиданцы тогда погибли, а дети выживших сильно изменились.

Но в генах Фрайма сохранилось желание копать и сеять. Хотя бы что-нибудь бросать в открытую плоть земли, терпеливо ожидая урожая. Но древние кости не прорастут, не покроются плотью, не расцветут после обильных дождей.

Фрайм это понимает и все равно шепчет какие-то свои «крестьянские» заклинания, развеивая по заброшенному полигону пепел и прах – все, что осталось от существ разных рас, некогда нашедший покой в этой бесплодной пустыне. Фрайм – сеятель по духу, он нашел здесь свое дело и держится за него.

А я? Думаю только о еде…

Легок на помине – полуживой скелет! Быстро вышагивает своими костылями, высоко поднимая тощие коленки. Вот уж кто настоящий кузнечик Цоты. И дружок Крысожор тащится следом, с трудом волочит за собой нагруженную тележку. Наверно, удачные были раскопки, говорят, власти недавно сбросили большую партию отходов на северной площадке. Фрайм только туда и таскался последние дни.