Доу Джонс против Айенгара

Чему я могу научить эту взрослую солидную женщину, которая сама все про себя знает и понимает? Давно подозреваю, что Анна Михайловна ходит в наш вечерний клуб лишь затем, чтобы всласть потянуться на коврике и немножко поболтать с молодежью. Отдохнуть и отвлечься от работы перед возвращением домой.

А дома семья – муж, сын, внучка, еще надо старенькую маму навещать.

– Спасибо, Диночка! Как всегда, выхожу из зала новым человеком. Можно, я уже побегу, не стану тебя задерживать?

Мы тепло простились, но я не спешила покидать комнату.

Выполнила несколько асан, пожелала двум маленьким первым огурчикам доброй ночи и только тогда по лестнице спустилась в холл. Очень смиренная и немного печальная. А там целая делегация…

– Наконец-то! Мы вас уже десять минут ждем.

Возле моей стойки в боевой позе замер охранник, а рядом топтался невысокий мужчина в молодцеватой кепочке. Прижимал к груди охапку роз в серебристой шуршащей бумаге.

– Вы Диана Камышева? – напустился он на меня.

– Это я, в чем дело?

– Распишитесь о доставке! У меня еще куча заказов.

Я вас почти полчаса жду.

– Для кого цветы? – сухо осведомилась я.

– Так вы Диана Камышёва? – раздраженно переспросил он. – Значит, вам и цветы. С наилучшими пожеланиями от салона «Душистый флёр».

– М-м… спасибо! А от кого?

– Там открытка и все указано.

Охранник Николай Петрович многозначительно крякнул и похвалил вслух:

– Какая ж ляпота! Умеет парень ухаживать. Вот я в свое время тоже…

– Извините! Возможно, это ошибка.

Вы мне поможете, Николай Петрович? Нужно найти ведро с водой. Они просто не поместятся в вазу.

– Зачем тебе ведро? Такси вызывай и живо гони домой с цветами. Или вы договорились о встрече? – участливо спросил Николай Петрович.

– С кем? – удивилась я, едва улавливая извилистый ход его мыслей.

– Ладно, ладно, правильно, что скрываешь! Таких кавалеров надо беречь. Чтоб не сглазили, тьфу-тьфу… здешние бабенки любят чесать языки. Не успел я с Нурией пошутить про дачу, как нас уже поженили.

Каково, а?

«Вот болтун!»

– Пожалуйста, подержите розы, я сбегаю за посудой.

В итоге роскошный букет был опущен в ведерко, где Люба Тоярова отстаивала воду для полива цветов на первом этаже. Николай Петрович отправился к себе в каморку за камерами следить, а я отыскала между колючих стеблей кусочек картона. Четким золотым шрифтом на белой бумаге выбито:

«Очаровательной поклоннице Айенгара от зубастого лохматого Доу Джонса.