Власть Веры

Я благоговейно коснулась желтых ромбиков плитки на стене – некоторые лежали неровно, двигались под пальцами, словно пазлы древней мозаики, грозились покинуть ячейки – придется раздобыть клей и укрепить, потом открыла ближайший шкафчик с посудой и мысленно застонала:

«Настоящее дерево – светлое, пожелтевшее от времени, теплое, живое… изогнутые ручки под слоновую кость, решетка из тонких реечек на стекле… Керамика, фарфор и хрусталь… Анна знала толк в красивых вещах, наши вкусы сходятся. Виват Малиновичам!»

– Пап, оцени.

Прелестный винтаж. Ты не представляешь, сколько труда и опыта надо, чтобы искусственно состарить мебель и подобрать нужный декор! Нам досталось сокровище. Я уже влюблена. Надо скорее открыть окна и впустить вечернее солнце.

Морщась от облачка поднявшейся пыли, я дернула зеленую штору и тут же прыгнула назад, зацепив на полу плетеный короб. Исцарапанная нога тут же напомнила о себе, так что пришлось присесть на корточки и с опаской выглянуть в окно.

Один ставень оказался распахнут и теперь со скрипом покачивался, а на нем сидела та самая большая ворона – пялилась на меня черничными глазками, топорщила крылья, силясь удержать равновесие.

– Кыш! Кыш! – неуверенно сказала я и вдруг ощутила, что очень проголодалась.

Довольно восторгов и страхов, пора заниматься насущными бытовыми делами – найти вентиль, открывающий воду, проверить газовую плиту и выйти на поиски пропитания, как первобытный охотник из пещеры.

Я с улыбкой покосилась на плетеный короб под столом, наверно бабушка Анна держала в нем огородные овощи, вот и комочки сухой земли рассыпаны кругом вперемешку с сухой травой.

Рядом маленькая овальная корзинка с высокой ручкой. С ней и пойду проверять сарай, может, черная курица любезно оставила нам пару-тройку яиц нам ужин.

Осторожно обойдя разрушенное крыльцо, я добралась до сарая, тропа к которому изрядно заросла гусиной лапкой и клевером. Тихо приоткрыла двери и некоторое время привыкала к сумраку, а потом заметила в углу ворох соломы с прилипшими перьями.

В гнезде лежало семь небольших бурых яичек, одно я несмело взяла в руку – тепленькое… Что же с ним делать? Вот так запросто утащить с собой? Пока колебалась, позади послышался легкий шум и левую лодыжку мою с гортанным клохтаньем атаковала сердитая курица. Она так отчаянно защищала свое тайное убежище, что я не осмелилась спорить.

Только успела вернуть яйцо на место, как курица запрыгнула в гнездо и растопырила перья, спрятав свои сокровища.