Власть Веры

От пирога не осталось даже единой крошечки. Правда, не было и цветов. И правильно, слишком много сюрпризов за одно утро могут разбаловать любую хозяйку. Не стоит привыкать к чудесам. Пусть дарят радость своей внезапностью.

– Хорошего дня! – вслух я сказала самой себе и всем, кто готов был услышать.

Пухлые кружевные блины в дырочках оказались необычайно вкусными и очень сытными, услаждали взор, таяли на языке. Семен закатывал глаза и неприлично громко мычал с набитым ртом, видимо, так выражал благодарность и восхищение.

Каждый горячий блин он с двух сторон щедро поливал растопленным сливочным маслом, разрывал на четыре части и лишь потом по кусочкам отправлял в рот. Действовал пальцами, пренебрегая ножом и вилкой. Выглядело варварски аппетитно и соблазнительно.

«Сюда бы еще меда или красной икры…» – мечтательно вздохнула я, позволяя себе вторую порцию ноздреватого блина с приятной кислинкой.

Теперь окончательно верю в капельку (скорей уж целый стакан!) своей русской крови.

Накормив Семена, я спрятала половину теста обратно под плед, чтобы угостить отца и господина Баха горячим завтраком. Чем же теперь заняться… Двор уже заливали солнечные лучи, самое время хорошенько «прожарить» подушки и одеяла, а может, и тонкий тюфячок, на котором сплю вторую ночь в Динаве. Начну со своей комнаты.

Перетряхивая постель, я обнаружила завалившийся за матрац кулон на потускневшей серебряной цепочке, – всего одно слово выгравировано крохотными буквами на изогнутой полумесяцем пластинке шириной чуть меньше сантиметра: Vanessa.

А вокруг листочки плюща, каждый зубчик можно разглядеть – тонкая работа.

Вещица красивая и могла принадлежать бабушке Анне. Надо сохранить. Я повесила цепочку на мой винтажный ночник с ирисами и отправилась хлопать подушки. Между делом заглянула в сарай, налила курице воды и насыпала пшенки в миску.

– Кушай, мамочка!

Придирчиво огляделась вокруг – что еще нуждается в очистке или ремонте… Разбирая груду пыльных мешков у дальней стены, я обнаружила широкую доску с надписью.

Краски облезли, дерево вздулось от сырости, но мне удалось прочитать, вернее, угадать несколько простых слов:

КАФЕ МАЛИНКА СДАЮТСЯ КОМНАТЫ

Сердце легонько сжалось, глаза защипало от слез. Я представила, с какой любовью Анна смотрела на эту вывеску, подметая двор или собирая вишню у забора.