Туда, где дышит небо

– Ты в своём уме? Почему ты так уверен, что это не очередная подстава?

– Уверен, потому что Колтон не станет разбрасываться такими заявлениями. Мы росли под крылом одного клана, я знаю, где в его словах правда, а где просто повод насолить. Да и к тому же, Шон сам позвонил тебе, а ведь вы – враги, как-никак.

Джеффри хотел было что-то сказать, но против идти не стал. Тот факт, что люди Колтона сами сообщили ему о похищении Тэйна и о том, что погибшее дело решили вновь возобновить – доказывает всю серьезность намерений довести на этот раз все до конца.

– Ладно, ты прав, с таким не шутят. Но что нам дальше-то делать? С чего ты взял, что похищение Тэйна как-то связано с убийством Кина. Чейз и Лу погибли в тот день не просто так, я не хочу соваться в это снова, и, тем более, оказаться на их месте.

– Я понимаю, но сейчас я готов закрыть глаза на это, потому что все как будто снова повторяется. Мне удалось узнать, что Тэйн не так давно, когда мы были на базе в Бельгии, достал какую-то информацию у шайки из Гента.

– Думаешь, что это те самые? – Сотни картинок из темного прошлого пронеслись в голове, отдаваясь болезненным толчком. Злость давно сменилась беспокойством и настороженным опасением.

– Я более чем уверен.

– А Астрид? Она знает?

– Нет, пока ничего не прояснилось ей ни слова о том, что дело возобновили.

– За последние несколько лет она в совершенстве освоила оружие, я бы на твоем месте тоже не рискнул, – Джефф усмехнулся.

Астрид любила Кина, как не любил никто. В памяти воспроизвелись кадры того рокового дня, как она чуть не разрядила весь магазин себе в голову. То, с чем ей пришлось бороться 10 лет назад, каждый пытался забыть как страшный сон.

Объединение кланов привело к общему опасению. Десять лет назад никто не мог предугадать такой исход. Борьба за первенство началась задолго до первого убийства своих людей.

Колтон и Тиммонс – патроны одного пистолета. Они полжизни бок обок шли против закона под крышей одного клана. Они вместе учились убивать, и знают каждую, даже самую гнусную мелочь друг в друге. От части, Мэтью принимал свою вину, но идти на примирение до сих пор – не позволяла гордость.

Колтон не смог забыть, наставленное на него дуло пистолета Тиммонса. Единственное, что не способен простить этот человек – предательство и лож.