Буду злодейкой

В прошлой жизни мы с ним часто спорили по поводу и без. Бывало, даже до драк доходило. В этой повторять прежние ошибки совсем не хотелось. Поэтому я улыбнулась.

– И я рада тебя видеть, Коля.

Глаза брата полыхнули раздражением, но его хватило лишь на то, чтобы пренебрежительно фыркнуть в ответ. Все-таки я прекрасно умела с ним справляться. Жаль только, что научилась этому слишком поздно.

Внезапно из ближайшей к нам комнаты донеслось:

– Сколько можно просить тебя, Валери? Прекрати коверкать имена братьев! Они тебе не собаки!

Следом послышался размеренный цокот каблуков по мраморному полу, и, наконец, в холле показалась невысокая стройная брюнетка, одетая в приталенное черное платье и черные перчатки.

Еще бы ей веер в руки дать, и можно прямиком на бал пускать! Эта интонация, этот голос, эти манеры… Не узнать ее было сложно, и у меня от вида еще одного родного, самого близкого человека внезапно засвербело в носу.

– Мама…

Однако женщина меня не услышала, принявшись отчитывать сыновей.

– Тебя, Максанс, уже отец заждался. Работа на месте стоит, совсем не дело это. А ты, Николя… Что это на тебе? Как ты выглядишь?! Сейчас же приведи себя в порядок и отправляйся на тренировку! Я решительно не понимаю, почему ты вместо того, чтобы уже час как быть там, прохлаждаешься здесь.

О боже! Совсем забыла, что имена тут отличаются от настоящих. Нет, ну кто вообще придумал эту книгу?..

– Мама! – уже чуть громче повторила я.

– Ну что тебе?! – раздраженно спросила она.

Но потом увидела мое выражение лица и сжалилась. – Ох, горе мое… Иди ко мне!

Я с готовностью бросилась к ней в объятия и теперь, вдыхая запах знакомых духов, чувствуя тепло тела родного человека, не смогла сдержать рыданий.

И чего я так распереживалась? Быть может, потому что уже успела убедить себя, что больше никогда с ней не встречусь? А может, дело было в том, что эта женщина, столь похожая на мою мать, на самом деле мне чужая. А моя настоящая, родная мама осталась там, в другом мире, и теперь вынуждена оплакивать дочь, разбившуюся насмерть в автомобильной аварии.

Моя или чужая… Какая, собственно, разница, если я теперь здесь, на месте Валери? И изменить ничего нельзя. Да и хочу ли я что-то менять? Может, все не так уж плохо, пока рядом есть семья?

– Что это с ней? – спросила мама у моих братьев, которые до сих пор так и не разошлись по своим делам, несмотря на полученные указания.

– Наверное, это все Авгаарн, – предположил Макс.