Блеф во спасение

А потом помогал ей в поисках работы.

– Дмитрий Валентинович. Это всё увлекательно и занимательно. Даже на бульварный роман потянет. Но причём тут мы?

Американская структура решила заработать на наших древних кладах, наркоты им мало показалось.

– Прежде чем ты присоединишься к рабочей группе, где потребуются и оперативные методы, прочти вот это, – генерал положил перед Михаилом тонкую папку из синего пластика с грифом секретности, – это написал твой сосед по общежитию в разведшколе.

Он будет в Москве через пару часов.

Вечером того же дня Лена Кочетова отправилась в единственное место, где она гарантированно спасала душу от нервной системы. «Любите ли вы театр так, как люблю его я?» – известная каждому школьнику фраза из статьи Виссариона Белинского имела для журналистки очень личное значение. Раз попав за кулисы на день рождения главного режиссёра, незадолго до этого бывшего гостем её эфира, общительная и остроумная, она быстро завоевала доверие и симпатию актёров, мало кого пускающих в свой узкий круг, стойко держащих оборону против навязчивых поклонниц и «завзятых театралов».

И в этот раз, заявившись прямо в буфет во время антракта, сразу оказалась в объятиях заместителя директора театра и художницы-декоратора. Красное вино мы предпочитаем в любое время суток! Произнесла дивный тост за день рождения приятельницы, пожелала ей неувядаемой красоты лесных нимф…

Есть на белом свете место, где стихает бурь стихия.

Там хожу в обнимку с детством, часто там пишу стихи я.

На Большой Садовой – дворик. С тёплым душкой Бегемотом.

Где-то спрятан бедный Йорик, Азазелло пьет с Фаготом.

День рождения… Когда же? Только вспомни – праздник рядом.

Маргарита снова скажет: будет всё у вас, как надо.

«Потом приходи в кофейню… давай залпом, третий звонок пора давать, тебя одну ждём!» Её пихнули на свободное место в партере, оставляемое всегда на случай появления VIP-персон, в зале погас свет, заиграла музыка… Лихая, яркая буффонада, задуманная ещё Марком Захаровым, в театре-музее в Доме Булгакова плескалась отчаянным огнём.

Ко второму действию «Мастер и Маргарита» полнолуние уже наступило, и каждая произносимая реплика, луч лазера сквозь дымовую завесу наполнялись невидимыми тенями, вышедшим из параллельного мира смыслом.