Блеф во спасение

Блеф во спасение

Регина Лукашина

Он – военный разведчик, она – бывшая радиоведущая. Странной парочке предстоит помешать заговорщикам, готовящим государственный переворот, а для этого – разгадать тайну завещания Софии Палеолог, супруги русского государя Ивана Великого. Древний путь к святыням, спрятанный на современной Никольской улице, подсказки в тексте романа «Мастер и Маргарита», мистика и актуальная политика – все это переплетено в увлекательном повествовании-головоломке.

Регина Лукашина

Блеф во спасение

«МАРШРУТ ПО УЛИЦЕ НИКОЛЬСКОЙ В САМОМ ЦЕНТРЕ МОСКВЫ ПОЛНОСТЬЮ ВОСПРОИЗВОДИТ КРЕСТНЫЙ ПУТЬ ИИСУСА ХРИСТА К ГОЛГОФЕ»

РОМАН-ЛАБИРИНТ

Р.

Лукашиной «Блеф во спасение»

«Блеф во спасение». Роман Регины Лукашиной назван интригующе и даже в какой-то мере претенциозно. С расчетом, на то, что в сознании читателя-интеллектуала выстроятся, теснясь и толкаясь, ассоциации культурно-контекстного характера. Они действительно выстраиваются. И чем больше и глубже погружаешься в этот многослойный текст, тем яснее понимаешь: другого названия у него просто не могло быть.

Жанр этого романа довольно сложно определить. В нем переплетены и захватывающий детектив, и пронзительная история любви, и короткие, но моментально узнаваемые бытовые зарисовки современной Москвы, и огромный исторический пласт, который переносит читателя сквозь века и тысячелетия, через страны и города.

Легко ли читается этот роман? А вот даже на такой, казалось бы, простой и очевидный вопрос нельзя дать такого же простого и очевидного ответа.

Роман захватывает, завораживает, постоянно держит в напряжении – так, что его начинаешь буквально «заглатывать» кусками, едва успевая отфиксировать внутренний хронотоп текста. Но при этом сама «плотность текста» такова, что требует весьма серьезного внутреннего напряжения. Роман Регины Лукашиной не дает расслабиться – он задает высокую планку как интеллектуальную, так и эмоциональную. К отдельным его фрагментам необходимо возвращаться, порой даже не единожды – иногда, чтобы не потерять сюжетную нить, иногда – чтобы с чувством, со вкусом пережить заново отдельные эпизоды.

Психологизм и бытовая достоверность повседневности оттеняются в романе серьезным историко-краеведческим анализом – не лишенным мистического налета, но при этом сохраняющим научную достоверность аргументации и фактологии. Маршрут по улице Никольской в самом центре Москвы полностью воспроизводит крестный путь Иисуса Христа к Голгофе.