Лилит. Госпожа огненных пустошей

Через некоторое время она, не отводя взгляда от пламени, неторопливо расстегнула кожаный корсаж и отложила в сторону. Собрала волосы в хвост и перекинула через плечо. Размяла пальцы. Взяла в руки верёвку и неловко нанесла первый удар. Чуда не произошло. На душе было так же тошно. Лилит повторила действие, но уже энергичнее. В голове чуточку прочистилось. Это чувство ей понравилось, и она ударила ещё – уже в полную силу. Тело пронзила острая боль, и Лилит выдохнула. Это оказалось интересно.

Удар – боль. Она одновременно была тем, кто её причиняет, и тем, кто её испытывает.

Это лишало её элемента неожиданности, но придавало странное ощущение власти над собой. Ещё удар. Лилит тихо застонала от пронзившего её чувства. Сознание опустело. Она вся стала болью.

– Шесть, – стала она считать вслух, – семь, восемь.

После десятого удара Лилит перестала ощущать окружающий мир. Остались только плеть и боль. Мучительное стремление закончить пытку – и остаться в ней навсегда.

– Пятнадцать, – выдохнула Лилит.

Она упала на одеяло, тяжело дыша, и, не одеваясь, уснула.

Глава 3. Никогда не называй меня по имени

Лилит проснулась на удивление посвежевшей. За время путешествия Тёмная уже отвыкла спать столько, сколько ей было необходимо. Теперь же она села, потянулась и сладко зевнула. Накинула плащ и тут же почувствовала, что разодранная спина весьма странно реагирует на прикосновения шёлка. Но Лилит лишь повела плечами, обулась, собрала вещи и двинулась вниз по дороге.

Она уже почти достигла подножия Сумрачных гор, когда поняла, что опоздала: подъемный мост перед замком был опущен, цепи, удерживавшие его, оборваны.

Тут и там валялись мёртвые тела бесов.

– Двэйн вас разбери, – пробормотала чародейка.

Она сбросила мешок на землю, уселась на него и, опершись о посох, стала думать. И ждать. Наглость Двэйна перешла все границы – бесспорный факт. Предложить ей, Лилит, тысячелетия правившей адом, служить жалкой рогатой твари… Это просто не укладывалось у нее в голове.

Демону следовало пасть на колени при виде Владычицы и смиренно молить о прощении. Ведь, кроме прочего, он присвоил титул Лилит, и теперь все его поражения – а Лилит уже видела, что их будет немало – припишут ей, Тёмной Госпоже.

Двэйн просто напрашивался на наказание. Он напрашивался на наказание всегда, но теперь в особенности. Самым правильным было бы заявиться в Пандемониум и выжечь подчистую всех этих копошащихся психов, возомнивших себя её преемниками.